- Если хочешь, я могу сказать им это сам.
Мне пришлось познакомиться с ними, когда мы готовились к переезду в Россию. Они хотели знать, с кем она собирается провести здесь эти полгода. И, блядь, они мне доверили свою дочь.
- Не нужно, - отказывается сразу.
- Мне не сложно.
- Не надо, Стив! Не жги мосты!
Я затыкаюсь, потому что убедить ее в том, что это в любом случает конец, слишком жестоко. Я не вернусь, даже если у нас со Стефой ничего не получится.
В машине повисает тишина, но от Линды фонит жуткой обидой.
Застыв, она смотрит прямо перед собой. Заговаривает спустя почти час.
- Ты очень амбициозен, Стивен. Очень. И я любила это в тебе. Ты всегда стремился к лучшему.
- Но теперь ты поняла, что это плохо?
- Теперь эта твоя черта сыграла против меня, - убито смотрит в мое лицо, - Ты выбрал то, что лучше для тебя.
- Это нормально. Нет?..
Совершенно не свойственно для себя Линда громко шмыгает носом и невесело усмехается. Затем отвлекается на то, чтобы скинуть очередной входящий, отключить звук на телефоне и спрятать его в сумке.
- Кто тебе звонит? Ответь.
- Не важно, - отзывается тихо и продолжает, - В твои руки приплыла огромная удача, Стив. Твоя жена владелица баснословных капиталов.
- И?.. - подталкиваю, уже догадавшись, какие выводы она сделала для себя.
- Оллсон красива, молода, богата. Ты решил, что выиграл джек-пот, верно, Стивен? И не смог отказаться от выгоды.
- Я не буду спорить. Ты можешь думать все, что угодно.
- Потому что ты понимаешь, что я права, - улыбается жутковато, - Ты продался, Стив.
Меня не трогает. Тираду с похожим посылом я выслушал сегодня от Данилова. Я был готов.
- Я куплю тебе билет на послезавтра. Отвезу в аэропорт.
- Да пошел ты! - шипит со злостью, - Я не нуждаюсь в твоей помощи.
- Мне жаль, Линда.
- А знаешь? Мне ее жалко!.. Ее больше, чем себя!.. Потому что она еще не знает, что ее можно любить только за деньги.
- Стефу не трогай, - предупреждаю с нажимом, и весь запал Линды растворяется как облако пара на морозе.
До дома, в котором я снимаю для нее квартиру, доезжаем молча. Она заходит, скидывает пальто и тут же закрывается в ванной. Слышу шум льющейся воды и то, как она плачет.
Не могу оставить ее в таком состоянии, поэтому терпеливо дожидаюсь окончания истерики. На часах за полночь, в желудке сосущая пустота, а голова гудит от нервного перенапряжения.
Линда выходит замотанная в полотенце и сразу идет в комнату. Я за ней.
