— Илюха, — предложил я, — у тебя родители дома? Давай домашку вместе сделаем.
Папаня мой как минимум еще сегодня будет загонять самку косули, или кабана, или козы — на кого там похожа Анечка Лялина? Мама, скорее всего, на даче, а у Илюхи собственная комната в трешке и личное пространство.
— Давай! — радостно согласился он. — Отец в универе до шести, мама — до пяти, наверное. А твои не будут против?
— Батя у любовницы, ему не до меня, мать страдает, ей тоже не до меня. Атмосфера та еще — типичная крепкая семья.
Я не видел Илью, но ощутил, как он сбился с шага.
— Ты можешь выяснить, где живут Лялины? — спросил я. — Могу, конечно, и сам разобраться, но хотелось бы сэкономить вре… Время.
Я смолк, увидев идущего из курилки нам наперерез широко известного в узких кругах авторитета, грозу всех ботаников и нимфеток, Егора Алтанбаева. Были в нем под два метра роста и килотонна дури. Родись он на десять лет позже в хорошей семье, сделал бы карьеру модели и разбогател бы, ублажая богатых тёток и направляя энергию в мирное русло, потому что с его внешними данными Бред Питт нервно курит в сторонке.
Возможно, он танцевал бы стриптиз на девичниках. А так приходилось Егорке бриться под бобрика и щемить мелких Буратин, вытрясая сбережения, данные маменьками на пирожки. Руся и Зяма, которых я щедро отоварил люлечкой животворящей, ходили под ним. Очевидно, они же на меня нажаловались.
— Приплыли, — шепнул Илья. — Что делать будем?
Я остановился и сказал:
— У тебя два варианта. Первый: валить, делая вид, что ты меня не знаешь.
Второй: прикинуться лохом и подыграть.
Илья шумно сглотнул. Глянул на меня, на Егора, которому до нас оставался десяток шагов. И остановился. Два метра Егора преградили нам дорогу. Я сделал максимально бестолковое лицо. Представил картину маслом: грозный двухметровый Алтанбаев и два шкета, один из которых распух на сизых макаронах с жучками.
Смогу ли я его одолеть? Возможно. Но мне сейчас было нужно не это.
— Мартынов? — спросил Егорка, уставившись на Илюху.
Учитывая, что рассказали потерпевшие, на террориста-Мартынова, отлохматившего двух вымогателей, больше походил подтянутый Илья.
— Что-то случилось? — проблеял я и прочел на лице Егора превосходную степень удивления. — Я Мартынов.
— Ты берега попутал? — воскликнул Егорка, но как-то неубедительно.
Я часто заморгал, вспоминая: «Подчиненный пред лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый»…
— А что я сделал?
— Ты… — скривился Алтанбаев и больше ничего не смог сказать.
