Василий Павлович, а как у вас там с местами в праздничные дни?
Груньке, которая вертелась в паре метрах от троицы, захотелось сказать, что все места уже сто лет как заняты. Навечно. И никогда не освободятся. Но промолчала. Только хмуро взглянула на улыбающегося Барина. Пока он вежливо беседовал с девушками, сама пробежала по залу и выбрала понравившуюся модель пиджака, подавив на корню желание вырядить Барычинского в гламурный пиджачок со стразиками и вышивкой.
— Подскажите, а вот такой у вас есть подходящего размера? — Груня, вежливо улыбаясь, указала на понравившийся костюм.
— А вас какой конкретно размер интересует? — нехотя прервалась одна из дам та, что стояла ближе Барину, от хихиканья и заигрываний, — Вообще-то, костюмы мерить нужно. Вот так на глаз и не купишь. Вы бы, девушка, с мужчиной пришли.
Груня поняла, что еще минуту и взорвется. И только Барин вел себя невозмутимо вежливо, сверкая веселым взглядом в сторону Груньки.
— А мы попросим вот молодого человека примерить, у моего мужа как раз точно такая же фигура, — хмыкнула Груня, сверля Барина многообещающим взглядом.
Вернее взглядом, который ему, Барину, ну ничего хорошего не сулил.
— Вообще-то у нас так не принято, — хмыкнула одна из продавцов, — Вы, дамочка, сбегали бы лучше в отдел женской одежды. А к нам лучше с мужчиной приходить.
— Ага, я и заметила, — фыркнула Груня, — Вот так приведешь к вам мужика, а вы и рады стараться.
— Девушка, вы на что-то намекаете? — уже с вызовом бросила то ли Ира, то ли Оля.
— Да Бог с вами, — махнула рукой Груня, — Не намекаю.
Отрытым текстом говорю.
— Что вы себе позволяете?! — вмешалась вторая девушка.
— Василий Павлович, спать ты будешь в гостевой! — четко заявила Груня, и, бросив убийственный взгляд на продавщиц, выплыла из магазина, поскольку понимала: еще минуту и она взорвется. И тогда бедные Иры и Оли, пожалеют о брошенных на Ваську томных взглядах.
— Грунь, ну что ты в самом деле?! — донеслось в спину.
Но Груня не останавливалась, шла вперед, расправив плечи и мысленно строя планы мести.
— Василий Павлович! Мы приносим искренние извинения! — разобрала Груня голоса девушек, оглянулась.
Василий широким шагом покидал бутик Иры и Оли, а те семенили рядом.
— Давайте мы примерим костюмы из последней коллекции?! — увещевали дамы.
— Моей жене чет ваша коллекция ни хрена не приглянулась, — отмахнулся Васька и уже нагнал пигалицу, поймал ее в руки и прижал к боку.
— Руки! — строго скомандовала Груня, пытаясь вывернуться из стальных объятий.
