— Я тебя ударила, — тихо проговорила Груня, ей почему-то вдруг стало больно и обидно, но уже за Ваську.
Ведь знает, какой он. А без подготовки сообщила и с намеками. Да и уставший он был, вымотан.
Груня поймала себя на мысли, что ищет Ваське оправдания. А потом вспомнила слова мамы Нюры. Нет, пусть Васька помучается. Самую капельку. Не станет она ему вот сейчас говорить в ответ о любви. Пусть терпит, засранец.
— Так за дело ударила, — вздохнул Васька, — Я тебя правда люблю. Веришь?
— Угу, — кивнула Груня.
— Хорошо, — вновь вздохнул Василий и, протянув руку, выключил закипевшее на плите молоко, — Чего там дальше-то делать? Чего, куда и сколько сыпать?
Васька говорил ворчливо, но Грунька не могла не улыбнуться.
В этом был весь ее Барин. Ворчливый, но родной.
* * *— А если в кино? — предложила Елена Соколова, весело глядя на Груню, сидящую напротив нее за столиком. Рядом разместилась Забава Соколова, по другую сторону — Милентия Соколова. Девушки решили пообедать в «Барине» и заодно навестить Агриппину.
— А давайте, — согласилась Груня, — Только мне еще пару часов здесь нужно поработать. А потом я свободна.
— Не верю своим ушам! — рассмеялась Ленка, — Ты решила раньше убежать с работы? Это точно ты? Или твой клон?
В ответ Груня рассмеялась, поднялась со своего места и составила на поднос грязную посуду.
— Вот, подумала, что иногда можно и побездельничать, — повела плечом Груня.
— Слушай, бездельница, — чуть наклонилась вперед Забава, понижая голос до шепота, — А чего Барин такой сердитый и грозно зыркает в нашу сторону?
— Курить бросает, — пожала плечом Груня, и бросила в сторону Васьки короткий взгляд.
— Совсем? — не поверила Елена, — И как? Успешно?
— Вроде как, — кивнула Груня, — Тритий день семечки грызет. Боюсь, еще сутки и начнет кусаться.
— Прикольно, — заулыбалась Милентия, — А к нам он зачем идет? Уже начал кусаться? Пора прятаться?
Все девчонки, как по команде, повернули головы в сторону надвигающегося на них Василия Павловича. Груня закатила глаза и фыркнула, а подруги замерли в ожидании.
Неспроста Василий бросил компанию друга детства Черепанова и Соколовых, и двигал в их сторону.
— Ну, как, вам милые дамы, стряпня Михалыча? — уголками губ улыбнулся Барин, асам настойчиво схватил поднос из рук Груни, — Зайчонок, у нас официантов полный зал, чего схватила?
— Я на работе, — шикнула Груня на Василия, пытаясь отобрать поднос обратно.
— Есть кому работать и без тебя, — говорил Васька, — Садись, сейчас парни чай принесут.
