Когда до меня в полной мере дошло осознание случившегося, я сдавленно застонал и, выпустив труп Вазги, кинулся к двери. Снял щеколду, приоткрыв дверь, я убедился, что коридор пуст, и шагнул к двери напротив — Рикар загодя предупредил меня, где его комната, правда я не ожидал, что придется воспользоваться этим знанием. Нескольких тихих ударов хватило, чтобы здоровяк пробудился ото сна. Увидев возникшую на пороге массивную фигуру, я отступил назад в свою комнату и прошипел:
— Рикар, это я, иди сюда.
— Господин? — столь же тихо ответил мгновенно насторожившийся здоровяк. — Случилось что? Погодите, свечу запалю, а то не видать ничего.
— Не сейчас! Иди на голос.
Едва Рикар зашел ко мне в комнату, как тут же повторил свой вопрос:
— Случилось что, господин?"
"— Этот слуга трактирщика, что нас у ворот встречал — Вазга, помнишь?
— Ну?
— Убил я его, — признался я, отступая в сторону и давая здоровяку увидеть залитый лунным светом подоконник, на котором кулем лежал бездыханный Вазга.
— Ах ты… — приглушенно прогудел здоровяк, ошарашенно глядя на труп. — Как? Еще видел кто?
— Неожиданно, — зло отозвался я. — Не удержал он-таки своего любопытства и в окно ко мне сунулся. Я до последнего ждал, все надеялся, что ни черта не увидит в темноте и прочь уберется. Не вышло. Едва ему рот прикрыть успел, и тут щупальца его оприходовали. Больше никто ничего не видел.
— Уверены, господин?
— Уверен, — кивнул я. — Будь иначе, сейчас весь трактир бы на ушах стоял.
— Тоже верно… так, господин, вы пока на лавку присядьте и одеяло на себя накиньте. А я с этим делом разберусь.
— Как разберешься? Здесь тебе не Дикие Земли…
— Я разберусь, — отрезал здоровяк, шагнув к окну.
Ухватил труп за всклокоченные волосы и одним небрежным движением скинул во двор.
— Сидите здесь, господин, — повторил Рикар, выходя в коридор и больше не понижая голоса, а наоборот — переключаясь на грозный рык. — Я сейчас им устрою.
Будут знать, как подгляда под наши окна пускать…
И действительно — Рикар молниеносно разобрался со всеми проблемами.
Не прошло и четверти часа, как под моим окном появились три мужские фигуры. Двое были мне знакомы — Рикар и Жирный Пит в меховой шубе, из-под которой виднелся край ночной рубашки. Третьего я не знал, но судя по внушительной фигуре, он был либо вышибалой, либо оберегал покой хозяина Пита.
Или и то и другое.
