Если в идеале, то следовало это сделать с самого начала, но когда сам становишься непонятной тварью и некромантом поневоле, то как-то забываешь о такого рода вещах.
* * *Как оказалось, мне опять пришлось торить тропу для остальных, всей своей массой утаптывая снег и шаг за шагом продвигаясь вперед. Впрочем, я не жаловался — думаю, я был бы даже рад, ощути я внезапно усталость. Но нет, мое тело было неутомимо и что такое усталость не знало.
Остальные всадники, выстроившись гуськом, ехали позади. Здесь, у самого подножия гранитной скалы, снега было особенно много.
Некоторые сугробы достигали высоты человеческого роста, а то и больше. Все верно — широкая долина, наполненная пологими холмами, не могла удержать снег, и постоянно дующий ветер сдувал его к Подкове, где он и оседал. Чуть поодаль — буквально на тридцать-сорок шагов от скалы, снега было куда меньше. Вот только с такого расстояния вход в давно заброшенный рудник можно и пропустить, особенно сейчас, когда гранитные стены скрыты за наледью, сугробами, деревьями и ветвями запорошенного снегом кустарника.
Отряд продвигался медленно, воины крутили головами по сторонам, выискивая возможную опасность — будь то шурды, нежить или вылезший из берлоги медведь-шатун. Или памятный мне по прошлому разу земляной водоворот, изредка с непонятной целью пересекавший долину, с хрустом перемалывая землю. На людей и прочих живых существ земляная воронка внимания, кажется, не обращала, и, как мы выяснили опытным путем, всегда было можно заблаговременно уйти с ее пути.
Но вот если она внезапно откроется прямо у нас под ногами, то даже вякнуть не успеем — мгновенно разотрет в порошок."
"Выйдя на простор долины из ущелья, я посовещался с Койном, и мы круто свернули налево. Сведущий в горных делах гном уверенно заявил, что если вход в рудник еще существует, то он расположен в основной, тыльной скале, но не на относительно тонких боковых отрогах, образующих стены внутреннего ущелья. Потому как обнаруженная гномами штольня уходила именно в том направлении.
И кончалась тупиком, немного не доходя до подземной пещеры. Там рудная жила оборвалась и рудокопы покинули прорубленный коридор. Но общее направление определить удалось, и вот сейчас, спустя долгие часы пути, мы наконец подбирались к цели — как утверждал Койн и отобранные им гномы. Гномов я толком не знал. Видимо, эти крепко сбитые коротышки были из тех, что предпочитали оставаться внизу и редко поднимались на поверхность. Тиксу с нами не пустили.
