Если бы не знал о существовании схрона, ни за что бы не догадался.
– Ежи, где точно вход?
– Справа от вас, пан офицер.
Я подобрал с пола камешек и нацарапал на стене крест. А дальше что делать? Инструментов у нас нет, а если бы и были – сколько надо времени и сил, чтобы убрать преграду? Звать от Сучкова людей в помощь и с инструментами? А если попробовать взорвать? От немцев остались мины-растяжки. Чем не взрывчатка? Только не рухнут ли своды от сотрясения при взрыве?
– Ежи, своды здесь прочные?
Поляк забеспокоился:
– Что пан офицер хочет делать?
– Взорвать эту перегородку.
Ежи задумался:
– Если взрыв несильный, должно выдержать.
– Веди к лазу, через который мы сюда попали.
Костя опять погрузил поляка на спину.
Далеко впереди забрезжил свет, падающий через отверстие лаза. Мы шли на этот свет. Где-то тут я перерезал бечевку, ведущую к мине-растяжке. Я нагнулся, присматриваясь к полу. Вот и она.
Я взял мину в руки. Ох и не люблю я эти «хлопушки»! Чуть ошибся – и уже беседуешь с архангелом Петром.
Мы вернулись к стене с нацарапанным на ней крестом. Я положил мину на пол и придавил ее камнем.
– Шабунин, отрежь кабеля метров тридцать.
Дмитрий отмотал кабель, отрезал.
– А теперь уйдите все подальше – за поворот. Дышите через рот! Дима, объясни это Ежи, чтобы не контузило его.
Я привязал кабель к остаткам бечевки, что вела к взрывателю, и отбежал по ходу. Вот и первый поворот. Я завернул за него. При взрыве он спасет от осколков металла, камней и взрывной волны.
Набрав воздуха в грудь, как перед прыжком в воду, и не закрывая рта, дернул за кабель.
Ахнуло здорово – ударило по ушам, по стенам застучали камни, проход заволокло едким дымом и пылью. Стало нечем дышать. Я закрыл рот и нос платком и отбежал подальше.
Через несколько минут услышал крики лейтенантов.
– Товарищ капитан, вы живы?
– Жив! Просто в сторону отошел – там дышать нечем. – Крикнув: – Никому не подходить! – и немного выждав, один пошел к месту взрыва. Поляк не ошибся, правильно указав заложенный немцами проход.
Взрывом вышибло свежую кладку, везде валялись камни, а свод потолка даже не треснул. Одно хорошо – не последовало других взрывов, чего я очень опасался. Если бы за перегородкой были мины, они могли бы сдетонировать.
Фонарь высвечивал узкий проход, за ним темнело глухое помещение, уставленное зелеными ящиками."
"Я зашел и, подсветив фонариком, осмотрел ближайший ко мне ящик в штабеле. Никаких бечевок и проводков не обнаружил.
