Каждая ошибка должна анализироваться, и на основе анализа нужно делать верные выводы, дабы избежать трагических повторений.
Как-то поздно вечером, когда госпиталь погрузился в беспокойный сон, сосед по койке, майор Локтев, заметив, что я не сплю, смущенно кашлянул и спросил меня:
– Не спишь, капитан?
– Не сплю.
– Я вот что думаю. Пройдет время, кончится война – все равно ведь она кончится когда-нибудь – ведь гоним уже немца, в Польшу вошли. Тогда и армию сократят, а я, кроме как батареей или дивизионом командовать, больше ничего не могу.
В сорок первом школу окончил – как раз двадцать второго июня выпускной вечер был, сразу военкомат в армию и призвал – в артиллерийское училище направил, потом – фронт. Вот вернусь домой, а делать на гражданке ничего не умею, семьи нет, у меня – поверишь ли? – даже девушки – ну, чтобы ждала, и той нет.
– С девушками как раз не проблема. Подумай сам – сколько ребят, мужиков с фронта не вернется. Сколько девушек и женщин одинокими останутся, выбор будет – ого-го!
– Ты так думаешь?
Майор замолчал.
А я не думал, я просто это знал – после жестокой, опустошительной войны долгие годы мужики будут в большом дефиците. Даже этот майор, вылитый Клим Чугункин – ну, который Шариков из «Собачьего сердца». Внешностью не наградил господь, одним словом. Но для мужчины внешность – не главное. Была бы голова, да руки, да желание и умение работать.
И еще я знал, что после войны с немцами придется еще воевать с Японией. Но откуда это знать наперед майору? Не демобилизуют армию сразу после мая 1945 года, а на Дальний Восток отправят, японцев бить.
Коротка та война будет, японцев быстро разобьем. Их хваленая Квантунская армия едва месяц продержится. Так что, если жив майор останется, придется ему, скорее всего, после одной войны на другую собираться. Но сказать ему об этом я, естественно, не мог.
– А с работой чего? – снова послышался тихий голос майора.
Я уже думал, что майор уснул – так долго он молчал.
– У тебя, в отличие от многих, руки, ноги, голова – целы. Подумай, сейчас даже инвалиды артели создают – сапожничают, часы ремонтируют. Мужские руки после войны в большой цене будут. Хочешь – на стройку иди, хочешь – в милицию. Да и для учебы ты еще молодой, можно в техникум поступить, да и в институт, если есть желание учиться и приобрести специальность.
– Не поздновато учиться-то? – неожиданно спросил со своей койки капитан Неустроев.
