Мне даже страшно стало, хотя баба-то симпатичная вообще… Да и голая, к тому же… Есть, на что полюбоваться-то. Но всё равно страшно: её глаза прям до усрачки пугают.
А она на нас как глянет из-под бровей, как зарычит… Я даже растерялся, а Мишка, молодец, не растерялся. Вперёд выскочил и как крикнет:
— Ну-ка! Лицом в землю! Ты арестована за рычание на полицейских!
Вот только потом и Мишка отшатнулся. Ну потому что… Короче, эта голая как рот раскроет и как рявкнет:
— ВЭР ХИ?!
— Кто? Что? — растерялся Мишка.
— ВЭР? ГДЭ? ВАНО? — а она выпрямилась и вся трясётся, как припадочная.
— ГДЭ? ОН?
Тут меня смех нервный пробрал. Я же понимаю, что она баба просто. Ну просто психованная. Скрутим уж как-нибудь с Мишкой. Чё мы, что ли, не кабаны? Так я не удержался и как брякну сдуру:
— А ты его чо, до смерти залюбить собралась, Ваню своего?
А она на меня как взгляд перевела, как рот скривила и ка-а-ак завыла. Натурально, в голос прям. Как волчара, только ещё страшнее.
А потом как заорёт:
— ЗАЛЮБЛИТЬ?! СВОЙЭВО?!
Смотрю, а у неё руки как-то странно задёргались, и пальцы скривились.
И тут, значит, эти скрюченные клешни в мою сторону вытянулись. Прям куда-то к шее… И глаза опять злобно так: зырк-зырк… Я аж оторопел. Ведьма, не иначе…
Я ору:
— Мишка! Хватай её!
А Мишка, такой, ещё не понял, чем дело пахнет:
— Эй! Дура! Не балуй!
А она такая:
— УБЙУ-У-У-У-У!
И как кинется на меня… В горло руками вцепилась, сжала… Я её оторвать пытаюсь, а она визжит, как нечисть, и ещё сильнее цепляется. А чтобы Мишка не оторвал её от меня — а он кинулся, да! — ногами мою тушу обхватила.
Прям как будто насиловать меня собралась.
— Мишка! — хриплю, потому что воздуха не хватает. — Стреляй в неё!
— Дрюха! Держись! Сейчас сниму! — Мишка кричит.
— Стреляй! — хриплю, а у меня уже в глазах темнеет.
— Сейчас, Дрюха! Потерпи! — Мишка меня и не слышит, походу…
Тут у меня ноги подкосились, и я на землю осел. Сам кое-как пытаюсь револьвер из кобуры вытащить. Думаю, лишь бы не вырубиться. А перед глазами уже темно.
— А ну оставь его! — кричит Мишка, и слышу, сквозь шум в ушах, удары."
"Эта голая дёрнулась пару раз, пальцы разжала… И как завизжит опять!.. А я вздохнул, хоть и с хрипом. Да и зрение сразу стало возвращаться.
Вижу, она стоит прям надо мной. И, значит, теперь к Мишке руки тянет. А мне такой вид снизу открывается, что даже неудобно как-то…
— Руки вверх! — видно, и Мишку пробрало.
Он револьвер выхватил и как шмальнёт в небо!..
— УБЬЮ!!! — вопит баба.
