— Прибился и ходит, — проскрипел бренка, — жмётся ко мне… Кто его молиться научил?
— Не знаю… Давно прибился?
— А вместе с тобой, — не сразу проронил старец и замолчал.
— Я ухожу в свою вотчину, — сказал Ражный. — Пойдём со мной, Молчун?
Волк посмотрел на него пустой, заросшей шерстью глазницей и отвернулся.
— Пусть идёт, я не держу, — бренка опёрся на посох и тоже превратился в изваяние. — Я никого не держу…
Ражный постоял и побрёл своим утренним следом…
Избранная и названая, как и подобает невесте аракса, ждала его у окна с догорающей свечой, хотя давно уже было светло.
Рядом стояла медная чаша, вровень с краями наполненная водой…
Ожидающие араксов жены, независимо, с победой или поражением пришёл муж с ристалища, обычно выбегали навстречу, дабы разделить с ним радость или горечь; невестам этого не полагалось, ибо они не знали ещё, кого ждать после поединка, тем паче турнирного. Могло получиться и так, что на заимку пришёл бы Сыч с её плащом, но у Дарьи и в этом случае оставался выбор — признать наречённого за жениха или вновь обратиться в кукушку…
Она не скрывала радости, когда Ражный не спеша раскрутил пояс бродяги и положил к её ногам.
— Я молилась за тебя, — избранная и названая подняла добычу и, опоясавшись, прислонилась к его груди. — И все видела на воде…
— Сейчас мы уйдём из Вещерских лесов, — сообщил Ражный. — И никто не посмеет осудить нас.
Она как-то обессиленно присела к окну, и наконец-то угасла свеча ожидания…
13"
"Розыском сбежавшего Твистера занималось ФСБ с привлечением местной милиции, роты ДПС, вызванной из области для контроля за дорогами, и батальона краповых беретов внутренних войск, которых бросили прочёсывать территорию в пять тысяч квадратных километров.
С самого начала этой войсковой операции стало понятно, что ничего полезного она не принесёт, поскольку сразу же выявилась полная дезорганизация.
Ловили в потёмках и пугали в основном друг друга, но более всего одни мешали вторым, те третьим и все вместе, хорошо оснащённые радиосвязью, так забили эфир, что оставшийся в лесу Варан с группой выл от бессилия и негодования. Он вёл радиоперехват и ещё в день побега засёк четырехсекундную работу «чужого» космического телефона, использующего кодированную связь, — вероятно, ФБРовец доложил о выходе на оперативный простор.
