– Что? Зачем? Зачем это? – испуганно завращал глазами.
– Хочу освободить тебя, – спокойно вымолвил тот и достал нож.
– Не надо!.. Не делай этого! Ну в чем я провинился?!"
"– Не бойся, я только побрею. И сдам. Слышишь – за тобой летят.
Кудеяр послушал гул вертолета, чуть расслабился.
– Вы не сдадите меня. Не сможете.
Без всякой суеты Ражный поправил на оселке лезвие ножа, подступил к Кудеяру и стал срезать бороду. Тот не противился, подставлял лицо и при этом все-таки пытался поймать взгляд.
– Я и сам хотел побриться… Но приятнее, когда тебя бреет сам президент.
Только зачем это вам?
– Это не мне – тебе, – объяснил тот. – Чтобы твой нынешний образ соответствовал старым фотографиям.
– Все равно не сдадите, – уверенно произнес невольник. – Или я ничего не понимаю в людях… Как вы считаете, я хороший психолог?
Ражный молча срезал крепкий и густой волос: диалог с рабом должен был вести приближающийся вертолет. Тайного постояльца на базе и в охотугодьях никто, кроме Витюли и егерей, не видел, а Кудеяр больше всего боялся чужого глаза, точно зная, что свои дорожат работой в клубе и никогда не пойдут против воли президента, не выдадут.
Быстрее раба на гул вертолета среагировал волчонок, упакованный в куртку, – заворочался и негромко заскулил. Ражный срезал бороду и принялся брить насухую. Волос трещал под лезвием, как проволока, у Кудеяра от боли наворачивались слезы, но он терпел и вострил ухо на хлопающий звук Ми‑2.
– Вы не сдадите меня, – уже тоном внушения вымолвил он.
– За укрывательство преступника вам полагается срок. Клуб развалится, базу растащат, охотугодья отнимут. Вернетесь на пустое место.
Волчонок вдруг перестал скулить и начал грызть брезент, сердито урча. Вертолет рыскал над старым вырубом в полукилометре и так низко, что ветерком нанесло запах сгоревшего керосина. Президент выбрил щеки, схватив раба за волосы, оттянул голову назад и скребанул по горлу.
– Пощади, – сломался Кудеяр и, опасно двигая головой, попытался поцеловать руку с ножом.
– Я знаю, за что ты меня… Отрежь язык и пощади!
Ражный дернул его за шевелюру, задирая подбородок, но в Кудеяре уже проснулась дикая, неуправляемая сила страха – рванулся так, что в кулаке остался пучок волос.
– Сам откушу, смотри! – высунул язык и сжал зубы. По губам заструилась кровь.
Вертолет заламывал круг, завалившись набок в противоположную от ельника сторону – иначе бы уже заметили людей на земле.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
