Сирая дева вынырнула с блаженством на лице, и десять минут купания в ледяной воде не смыли его! Ражный уже продрог, поскольку толком не успел разогреться, а она, словно утенок, воспитанный курицей и наконец-то дорвавшийся до первой лужи, кувыркалась в проруби, тихонько смеялась от восторга, и синий столб над ней, как луч прожектора, шарил утреннее небо.
– Ну хватит, идем греться, – сказал он и направился к бане.
Дарья, словно пингвин, выскочила из воды, слепила снежок и метнула ему в спину.
Ражный опрокинул ковш на каменку и первым улегся на полок с краю, так что сирой деве пришлось перебираться через него. Она на мгновение прикоснулась к нему всем телом, опираясь на руки, и будто обожгла, оказавшись горячее, чем банный жар.
– Ничего! – подбодрил он себя. – Баня снимает все.
Разогревшись как следует, Ражный поддал пару и взял два веника:
– Ну, держись, омуженка!
Она подставилась, накрыв руками груди.
Сначала он овеял тело горячим воздухом, затем огладил его листвой, после чего подогрел веники над каменкой и прошелся ими от горла до ступней ног мелкой и частой дробью.
Сирая дева расслабилась от блаженства и закатила глаза:
– Еще… Еще, и сильнее.
Он набрал в рот холодной воды, вспрыснул ее, затем окропил кипятком, погружая веники в котел, – по телу Дарьи пробежала щекотливая дрожь. И сразу же последовала серия мощных, сдвоенных хлопков, отчего она восторженно застонала и вытянулась.
А Ражный стал хлестать ее часто, молотящими ударами, пока кожа не раскалилась до красного цвета.
– Перевернись! – приказал он.
Дарья легла на живот, а он окатил ледяной водой, услышав, как оборвалось ее дыхание, и в тот же час воскресил деву частыми и поочередными хлопками веников. Она стонала, извивалась, но не просила пощады! Мало того, взлетая чувствами на миг, он видел, что синий плащ Манорамы хоть и трепещет над ней, однако ничуть не спадает и еще начинает переливаться, будто атлас на ярком свету.
"
"Трижды Ражный поддавал пару, начиная все сначала, чуть ли не в прямом смысле истязал ее вениками и, только когда сам изнемог, позволил ей спуститься с полка и окунуться в реке. Сирая дева вынырнула из воды, ловко выбралась на лед и легла, распластавшись:
– Благодать…
Через минуту тонкий заберег протаял под ее телом, и она со смехом ушла в воду.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
