Он склонил голову к плечу, прислушался к себе, растянул губы в презрительной ухмылке.
– Кажется, это гипноиндуктор «удав». Или «Медуза»? А мне сообщили, что вы безоружны. Научились, однако, ваши спецы прятать оружие, отдаю им должное. Впрочем, вам это не поможет, герр Горюнов. Я защищён намного лучше, чем вы думаете. А вот поможет ли ваш «вшинник» вам?
На голову Руслана рухнул потолок.
Он ждал удара, однако пришлось собрать волю в кулак и отбивать разряд неведомого излучателя при полной концентрации душевных сил и психических запасов, хотя эта борьба и замедлила его реакцию.
– Что и требовалось доказать, – удовлетворённо проговорил Меркель. – Вольфганг, зайди.
В кабинет вошёл синеволосый командир охраны.
И в это время Руслан встал.
Меркель, снисходительно указавший на него пальцем, удивлённо вскинул брови, но сказать больше ничего не успел.
Руслан выстрелил в синеволосого, затем, призвав на помощь иные силы, подпитывающие энергетику, прыгнул из себя в голову генерального прокурора, обрушиваясь на его сознание как орёл на зайца.
Несколько мгновений они бились насмерть – эго Вальтера Меркеля, поддерживаемое программой-матрицей резидента Знающих, и личность Руслана, опиравшаяся на энергетику войдиков. Потом воля Руслана взяла верх, «сдавила горло» воле противника, и Меркель перестал сопротивляться. Впервые в жизни Руслан соединил в себе две личности, два сознания и мог управлять и собой, и телом генпрокурора.
Посмотрел на застывшего помощника глазами Меркеля.
– Приведи… обоих… фрау и русского командора… живо!
Вольфганг послушно повернулся и вышел.
Руслан начал было копаться в памяти пленника, но тот зашатался на грани обморока, и Руслан толчком воли усадил Меркеля в кресло.
– Сидеть! Не думать! Ждать!
«Плохо дело, командир! – принесла рация менара голос Шапиро. – Я не смогу обезвредить бомбу из операционного терминала».
«Где она установлена конкретно?»
«Конкретно нигде. Разрабатывала схему подрыва очень хитрая сволочь! По сути, полы всех этажей Генпрокуратуры и есть бомба, мы по ней ходим.
И при этом инициировать её можно с любой точки площади любого этажа».
«Хочешь сказать, что её может взорвать любой человек?»
«Не любой, только тот, у кого есть коммандер, скорее всего имплант, но этого человека мы не знаем».
«Меркель?»
«Вряд ли, эта тварь хочет жить красиво, погибать ей ни к чему».
«Попробуй вычислить, кто носит имплант коммандера».
«Ищу».
