Похвалившись, пообедав и выхлебав третью, будто сговорились они, кружку сбитеня, великан подозрительно огляделся и сунул руку за пазуху. Вынув два камушка. Два других камушка. И робко, закусив губу, начал толкать толстым мозолистым пальцем один к другому.
Когда дальний камень задрожал и напрыгнул на ближний, Всеслав не выдержал:
— Видал, чего делается?
Свен открыл было рот, чтобы, наверное, произнести то же самое, да так с открытым и застыл.
— Вар! — кликнул князь, и на пороге бесшумно распахнувшейся двери появился телохранитель.
Свен дёрнулся, как от кнута, и побледнел так, что очень насторожил меня с профессиональной точки зрения. Это же вредно для сосудов!
— Не вели казнить, княже! Не знал я, что чародейство это! Думал, наука, как ты учил! — задыхаясь, выпалил огромный северянин, явно пытаясь сползти под стол, чтоб встать на колени. Но фигура между лавкой и столешницей не пролезала.
— Наука и есть, физика та самая, — удивился Всеслав, и только потом понял, что вызов конвоя кузнец понял неправильно.
— Вар, вели, чтоб Фому привели быстро. Пусть скажут: «с камнями хитрыми князь зовёт».
Ювелира доставили моментально.
— Фома, расскажи Свену, чего узнал давеча. Я заодно проверю, так ли запомнил, — велел Чародей."
"С четырьмя магнитами пошло́ веселее. Потом встречались уже при мотке тонкой медной проволоки, олове и куске канифоли. Говорю же, повезло с мастерами, один толковее другого был. Да ещё друг перед дружкой выпендриться был не прочь.
Идеальные условия для развития науки и техники. В глухом зимнем диком краю, посреди Средневековья.
— Ну что, други! — гаркнул, привлекая внимание, Всеслав. — Рыбки мы наловили, дело за малым — домой дотащить. На вас вся надёжа, чудо-богатыри двужильные! Управитесь ли⁈
— ДА-А-А! — заорали Ждановы и Гнатовы так, что многострадальные, натерпевшиеся сегодня и так сверх меры вороны и галки снова взвились над деревьями.
А князь острым слухом расслышал чуть позади, со стороны дядьёв:
— Думаешь, и вправду двужильные? — негромко спросил брата Всеволод.
— Нет охоты проверять. На слово ему верю и тебе советую, — отозвался хмуро Святослав.
Когда поднимались к воротам, посольские то и дело озирались назад, где над берегом споро поднимались какие-то не то леса́, не то башенки. Слишком быстро, непривычно. Вот на них уже накинули толстые верёвки и потянули. И из ледяного крошева показались верхние подборы здоровенного невода.
