В это предпраздничное время и прилетели на лёгких неутомимых сизых крыльях вести с запада о том, что богатый караван, главным в котором был новый Болеславов воевода Стах, выдвинулся из Гнезно. И в это же время произошла ещё одна встреча, оказавшаяся полной неожиданностью не только для меня, гостя в этом времени, но и для самого Всеслава, который уж точно становился в нём полноправным хозяином. С каждым, кажется, днём увеличивая и свои земли, и своё влияние на них, и благосостояние тех, кто принял его правила.
Глава 16
Борьба противоположностей
— Слав… Тут встречи ищет один, — слышать неуверенный тон от Рыси было непривычно.
Тем более, что весь вид его говорил о том, что сомневаться этот человек мог только в том, убить вас сразу, или чуть позже будет посподручнее."
"Князь и воевода стояли на балконе-гульбище, уперев локти о перила, наблюдая за привычной размеренной жизнью на подворье и прислушиваясь ко звукам города за высокими стенами. Молчали «тревожные» колокола на каланчах, не мчали никуда кони с оружными людьми, доносившиеся снаружи голоса и шумы были сугубо мирными и спокойными.
Непривычно, но очень умиротворяюще.
— Со мной? — уточнил Всеслав, не поворачивая головы. Кивая Ферапонту с Кондратом, гончару и плотнику, что вышли из дверей погреба, низко поклонились, завидев начальство, и тут же уселись прямо на утоптанный снег, принявшись чертить на нём что-то щепками. Молодцы, приказ помнили, чтоб не меньше пяти раз на воздух выбираться. В первые-то дни их приходилось Ждановым из-под земли насильно вынимать.
Энтузиасты от науки и техники при этом кричали и капризничали, как голозадые ребятишки, отнятые от любимых игрушек. Ну да, в чём-то так и есть: учёные — те же дети, только железо в руках настоящее и песочница больше. Эти вообще, как переведённые отцом Иваном труды по механике и химии получили, двое суток не вспоминали ни про сон, ни про еду. Пришлось Дарёнку даже звать, чтоб прямо там, в подвале, их и уложила отдохнуть. Теперь вот сами выходили.
— Ну, со мной от него говорили уже, — буркнул Гнат, давая понять, что с ерундой к другу не полез бы.
— И как? — думать после сытного завтрака, с видом на совершенно мирные и привычные картины, князю не хотелось абсолютно.
— Что — как? — переспросил воевода. Будто в голове его теснилось слишком много сложных мыслей, и простой, вроде «уследить за ходом разговора», места там уже не нашлось.
— Поговорили как? С тем, кто меня искал, — пояснил Чародей, повернувшись-таки к другу.
