У меня мелькнула мысль поторговаться, рассказать не сразу, а только когда получу ее согласие нам помочь. С другой стороны, я сомневался, что от обещания, полученного под нажимом, будет толк. Лучше, если магичка захочет помогать.
Рассказ, даже со всеми подробностями, много времени не занял. Магичка слушала молча, не задавая вопросов. А потом мой рассказ прервал возмущенный крик Кастиана.
Я развернулся к нему, одновременно уходя в сторону и вскидывая топор на случай, если придется отражать атаку.
Не пришлось. Это просто мальчишка воспользовался моментом, опять подкрался к сложенной сети и попытался ее утащить. Кастиан заметил это в последний момент, но все же заметил.
— Зачем вам нужна моя сеть? — прямо спросил я у магички.
— Твоя сеть? — переспросила та.
— Мой трофей, — ответил я твердо. — Значит моя. Так зачем?
Магичка несколько мгновений колебалась, потом вздохнула.
— Ты говорил о том, что хочешь выйти из Гаргунгольма. Так вот, эта сеть и есть выход.
— Что? Каким образом?
— Потенциальный выход, — уточнила магичка. — Тут придется приложить усилия.
Потом махнула рукой в сторону здания на поляне.
— Идемте. Если пройдете сквозь Завесу и докажете, что вы и вправду люди, будем искать выход отсюда вместе.
***
Завеса выглядела как волнующийся на ветру темный полог с тонкими проблесками серебряных нитей.
— Нам нужно просто шагнуть в нее? — уточнил я, останавливаясь и рассматривая магический артефакт. Сам вход в дом находился сразу за Завесой — высокая арка без каких-либо дверей.
— Именно так, просто шагнуть, — отозвалась магичка и подтолкнула вперед сына, который проскочил сквозь Завесу и исчез. — Если вы действительно люди, с вами ничего не случится.
— А если нет? — это подал голос Кастиан. Я вспомнил, как он переменился в лице, когда мальчишка заявил, будто Кастиан — ходячий мертвец. Неужели он сам сомневался в том, живой он или мертвый?
— А если нет, то бывает по-разному, — отозвалась магичка.
— Может, развоплотитесь, а может, просто не сможете пройти. Один гаргун как-то вообще взорвался, оставив после себя глубокую воронку. Пришлось засыпать ее землей.
— Так гаргунов же невозможно убить, — вспомнил я слова магички.
— Он и не погиб. Разлетелся на ошметки, но те тут же собрались в кучу и уползли в лес.
— Хм…
Сомнительно, что если на ошметки разлечусь уже я, то смогу потом собраться в кучу и куда-то уползти.
