Как дерутся смертники в клановых отрядах? Как быстро они двигаются? Какие у них есть умения, которых я лишен? Какое оружие?
Внутри башни, особенно если проникнуть туда скрытно, убивать проще. Там должны быть и коридоры, и узкие лестницы, и комнаты. Половину защитников башни можно успеть прикончить до того, как они обнаружат, что враги уже внутри. На открытом пространстве так не получится.
— Ты точно не чувствуешь никаких изменений? — после паузы повторила Амана прежний вопрос и, когда я покачал головой, сказала неуверенно: — Некоторые люди от природы имеют очень высокую защиту от демонического воздействия.
Даже было несколько случаев, когда упавшие в Разлом возвращались оттуда неизмененными, хотя внешне казались покрыты скверной.
— Но все эти упавшие были чистокровными людьми, — вмешался Кастиан."
"Разлом, как интересно… Ни в «Хрониках кланов», ни в других книгах, которые я успел пролистать, о нем не упоминалось. Я сделал себе еще одну зарубку на памяти — узнать, что это такое.
— Рейн, если… — начала Амана.
— Если почувствую в себе какие-то изменения, то сразу скажу вам, — пообещал я, хотя внутри у меня сидело непонятно откуда взявшееся твердое убеждение, что все эти страхи перед скверной и превращением в одержимого пусты. Что ничего не случится.
Может, это убеждение и было первым признаком одержимости?
Хотя нет, скорее это было проявлением моего, как часто ворчал Кастиан, «спятившего оптимизма».
— Ты упоминала амулеты, — обратился я к Амане. — Они могут остановить скверну?
— Не только остановить, но и обратить вспять. Более того, вот эти три, — она подцепила несколько цепочек с тусклыми зелеными камнями, из тех, что сняла с мертвого Безлицего, — эти три как раз являются такими амулетами. Мне нужен доступ к магии и пара дней, чтобы перенастроить их на тебя… Я бы сделала это еще дома, но из-за влияния Гаргунгольма магия всех амулетов в нашем хранилище исказилась.
Я не артефактор и не умею исправлять такие искажения. Эффект от испорченного амулета мог оказаться хуже, чем его полное отсутствие.
Я кивнул, потом посмотрел на небо, где солнце уже почти скрылось за горизонтом, и сказал, меняя тему разговора:
— Ночь приближается. Так как мы проникнем внутрь башни?
И Амана, и Кастиан посмотрели на меня с таким выражением, что стало ясно — им, в отличие от меня, менять тему совсем не хотелось.
