— Я вот к чему все это веду, — продолжила Рива. — Моя семья не всегда была достойна таких бравых солдат, как вы. Да и я тоже, если уж начистоту. Видите ли, никакая я не благословенная. Обыкновенная… лгунья…
Рива замолчала, когда ей на руку упала капля. После стольких недель ясной погоды это было неожиданно. Она подняла голову. Небо потемнело, его на глазах затягивали тучи. Почти сразу же начался ливень, налетел ветер, и пожары по ту сторону стены потухли.
— Госпожа! — позвал ее Антеш, он все это время стоял на подвесном мостике, вглядываясь на юг.
— Там что-то происходит!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Ваэлин
Облака побежали по небу быстрее, Кара покачнулась. Тонкие белые ниточки свивались в густую паутину, образуя медленно раскручивающуюся спираль не меньше мили в поперечнике.
— Ну как ты? — спросил Ваэлин, обнимая ослабевшую девушку.
— Голова немного закружилась, милорд, — ответила та и попыталась улыбнуться. — Я уже давно этого не делала.
Вздохнув, она вновь подняла взгляд к небу. Свежий ветер трепал траву на вершине холма.
Спираль продолжала раскручиваться, темнея с каждым оборотом, ее завитки утолщались и росли, становясь клубящимися свинцовыми горами. Стиснув зубы, Кара издала болезненный стон, и тучи поползли к дымящемуся городу в шести милях от холма. Ударил гром, сверкнула молния.
С побелевшим лицом и потускневшими от изнеможения глазами Кара упала на колени. Лоркан с Маркеном бросились к ней. Юноша укоризненно посмотрел на Аль-Сорну, но тот сделал вид, что ничего не замечает. Плетельщик, державшийся поодаль, расхаживал взад и вперед, его обычно спокойное лицо исказила тревога, пальцы безостановочно вили все удлинявшуюся веревку.
Насколько Ваэлину было известно, во время перехода Плетельщик не пользовался своим даром, хотя после боев не раз помогал переносить раненых. Тот отвернулся от Кары, досадливо поморщился и решительно расправил плечи. Аль-Сорна ясно услышал тревожную ноту в песни крови. «Он чего-то ждет, — понял Ваэлин. — Или кого-то».
Брюхатые тучи надвигались на Алльтор, и оставалось только надеяться, что этого дождя хватит на все пожары, полыхающие в стенах города.
Накануне разведка Северной гвардии доложила о бедственном положении горожан, и Аль-Сорна приказал войску прибавить шагу, выжимая из них последние силы. С сердитым лицом он проезжал вдоль колонны бегущих рысцой солдат и угрожающе поглядывал на тех, кто готов был нарушить строй. Они не останавливались всю ночь, пробежав чуть ли не пятьдесят миль. Наконец Ваэлин скомандовал привал.
