Мастер Греалин, двигаясь со скоростью, которой Френтис от него не ожидал, вонзил острие орденского меча в бедро раба, и тот свалился на землю. Дергач, победно заорав, кинулся на раненого, его дубинка поднялась раз, другой, третий, разбрызгивая кровь.
Френтис огляделся. Вокруг на земле лежали тела защитников, и слишком многие куритаи все еще оставались на ногах. Оставшимся в лагере приходилось особенно тяжко: тесная кучка мужчин и женщин защищалась из всех сил, их атаковали со всех сторон.
— За мной! — крикнул Френтис Давоке, выхватил нож и метнул его в ближайшего врага.
Тот пошатнулся — нож вонзился в голое плечо. Куритай потянулся здоровой рукой, чтобы выдернуть лезвие, но она тут же была отрублена. Френтис убил еще двоих. Его меч легко, словно стальной хлыст, парировал удары и атаковал, прокладывая ему путь. Бойцы подтянулись к своему предводителю, истошно вопя и размахивая разномастным оружием. Давока с Эрмундом дрались спина к спине, их меч и копье без устали кололи и рубили неприятелей.
«Они не ощущают себя свободными, — понял Френтис, глядя на своих людей, сгрудившихся вокруг, в то время как куритаи уже обступили их. — Я не освободил их настолько, чтобы они стали настоящей армией»."
"Его внимание привлек стук копыт, донесшийся с тыла: из-за деревьев появился мастер Ренсиаль с мечом наголо, верхом на седомордом жеребце. Поразив в спину ближайшего куритая, он выдернул клинок и, перескочив через упавшее тело, уложил второго косым ударом в плечо — и тут же сбил с ног третьего: жеребец пронзительно заржал, когда раб покатился ему под копыта.
Один из куритаев кинулся наперерез всаднику, упал на колени, а другой, оттолкнувшись ногами от спины первого, прыгнул на безумного мастера, воздев мечи над головой. Ренсиаль с обычным своим безучастным лицом заставил коня свернуть, и раб, промахнувшись на какой-то дюйм, пролетел мимо. Приземлившись, он развернулся, готовый вновь атаковать, но свалился, сраженный в шею арбалетной стрелой, которая вылетела из кроны дерева.
Давока с Эрмундом уже расправились с его товарищем, меч и копье двигались слаженно, словно в танце.
Пустые глаза Ренсиаля встретились на мгновенье со взглядом Френтиса, а затем мастер галопом поскакал на плотную группу куритаев. Его меч описывал идеальные серебряные дуги, которые так редко удавались Френтису во время тренировок. Он увидел, как пали еще двое рабов, прежде чем мастер исчез из виду.
