А если рыцарь приходит ко мне за советом, имею ли право я ему отказать?
— Вы обязаны хранить мир в Королевстве. Ваше положение в этом фьефе и при дворе чрезвычайно высоко. Никакой другой рыцарь не пользуется подобным уважением. Но чем выше находишься, тем больше ответственность, хочется нам того или нет.
Барон опустил глаза, совершенно в манере Алис, подтверждая догадку Лирны об их родстве, при этом ничем не напоминая ее темноволосого, кудрявого сына. «Я лишь хочу защитить то, что принадлежит мне…»
— Почему вы не признали свою дочь? — спросила она.
— Или хотя бы внука?"
"— Я… — Бендерс распрямился, по-прежнему избегая ее взгляда. — Не понимаю вас, ваше высочество.
— У вас нет ни жены, ни других детей. Ваша дочь, пусть даже рожденная вне брака, несет в себе вашу кровь. Вы, без сомнения, сильно ею дорожите. И все же не даете ей свое имя.
— Это слишком личное. — Он отошел от камина и отвернулся, заложив руки за спину.
— Милорд, я проделала длинный путь и видела много опасностей. Неужели вы думаете, что меня остановят тонкости этикета? Ответьте на мой вопрос, прошу вас.
Барон тяжело вздохнул, повернулся к Лирне и поглядел ей прямо в глаза. Он был скорее огорчен, нежели разгневан.
— Дело в том, что мать Алис была… низкого сословия. Дочь мельника. Я знал ее с детства. Отец мой погряз в азартных играх и разврате, так что моим воспитанием никто не занимался. Я делал все, что мне заблагорассудится, и общался с кем хотел. Потом, когда я возмужал, я попытался сделать Карлу своей законной женой.
Но отец мне этого не позволил, несмотря на то что сам придерживался крайне свободных нравов. Дочь мельника родит ребенка, который унаследует титул и земли, пока еще не спущенные за карточным столом и в борделях? Немыслимо! Когда он умер, я надеялся, что мне удастся договориться с Теросом, но старый владыка фьефа верил в святость рыцарской крови со страстью, с которой другие придерживаются Веры. Так что мне пришлось отказаться от всех надежд, и мы с Карлой начали жить в этом доме как муж и жена, оставаясь вне уз официального брака.
Она умерла при родах, подарив мне Алис, и я никогда не искал любви другой женщины.
— А ваш внук? Алис слишком молода для вдовы.
— Ваше высочество, — снова напрягся Бендерс, — вы всегда задаете вопросы, ответы на которые столь очевидны?
«Темные волосы, синие глаза… „О его иждивенцах я, конечно же, позабочусь“…»
— Лорд Дарнел!
— Алис была совсем еще девочкой, — продолжил Бендерс.
