— О, в этом я ни минуты не сомневался, — приветливо кивнул в ответ Ваэлин.
— Госпожа Дарена, а эти сеорда очень жестоки? — поинтересовалась Алорнис, сидевшая по левую руку от брата и молчавшая почти весь вечер, поскольку чувствовала себя неуверенно в новой обстановке. — Все, что я о них знаю, — всякие неправдоподобные истории из исторических хроник.
— Они не более жестоки, чем я, — ответила Дарена. — Ведь я тоже из сеорда.
— Я полагал, что вы из племени лонаков? — удивился Ваэлин.
— Да. Однако мой муж был из сеорда, так что по их обычаям я — тоже сеорда.
— Что-что? Ваш муж был из их племени? — переспросила Алорнис."
"— Именно так. — Дарена опустила взгляд и грустно улыбнулась. — Мы встретились, когда началось нашествие Орды, и отец попросил помощи у сеорда. Мой муж был одним из тех, кто откликнулся. Я бы выскочила за него замуж в тот же день, когда впервые увидела, но отец настоял на том, чтобы дождаться моего совершеннолетия. После свадьбы мы три года прожили среди его соплеменников, пока… — Она со вздохом пригубила вино.
— Война между лонаками и сеорда никогда не прекращалась. Она разгорелась задолго до того, как ваш народ пришел в эти места, и пламя ее лишь ожесточилось за прошедшие века, поглотив многих достойных мужей.
— Мне очень жаль, — сказала Алорнис.
— Полюби однажды — будешь жить вечно, так говорят сеорда, — улыбнулась Дарена, похлопав ее по руке.
Грусть в глазах Дарены напомнила Ваэлину лицо Шерин в тот день, когда он доверил ее заботам Ам Лина, и о том, как он глядел вслед увозящему ее кораблю.
— Могу я поинтересоваться вашими планами на завтра, милорд? — спросил брат Холлан, и Ваэлин вынырнул из своих воспоминаний. — У меня накопилось много документов, требующих подписи владыки башни.
— Есть небольшое дело на мысу Нерин, — ответил Ваэлин. — Хочу познакомить сестру со старыми друзьями, которые вроде бы там живут. Как только вернусь, мы займемся вашими бумагами, брат.
— Я правильно поняла, брат, — вскинулась сестра Вирула, — что вы собираетесь в Темный анклав?
— Что еще за Темный анклав, сестра? — нахмурился Ваэлин.
— Так, глупые слухи, милорд, — сказала Дарена. — Того сорта, которые всегда окружают все незнакомое. Пределы испокон веков были убежищем для изгнанников, иноверцев и тех, чьи обычаи отличаются от принятых у них на родине. Древняя традиция в доминионе владыки башни.
— Одна из тех, которую нельзя отменить без очень веских оснований, — добавил брат Келан, приканчивая шестой бокал вина.
