Вторая комната была спальней: покрывала на кровати, аккуратно отогнутые, ожидали хозяев. Снизу послышались голоса, Френтис вернулся на лестничную площадку.
Он спустился на первый этаж. Скрипнула ступенька, но его шаги были легки и не привлекли ничьего внимания. Голоса доносились из передней части дома, за закрытой дверью разговаривали двое: мужчина и женщина. Френтис нашел уголок потемнее и притаился там.
Его удивляло, что зуд сегодня усилился и уже причинял ощутимый дискомфорт. Путы позволяли ему почесываться, но толку от этого было мало.
Ему снова показалось, что рубец меняется: пальцы нащупали новый участок гладкой кожи…
Дверь распахнулась, и Френтис вжал голову в плечи. На пороге показалась женщина. Она обернулась и что-то произнесла, улыбнувшись. На ее лицо упал свет из комнаты. Красавица, лет за сорок, в бледно-голубом шелковом платье, светлые волосы стянуты в узел на затылке. Ей ответил мужской голос. Женщина коротко рассмеялась и поднялась по лестнице, так и не заметив притаившегося Френтиса.
Тот подождал, пока она не вошла в спальню, потом выбрался из своего укрытия. Дверь в комнату оставалась приоткрытой, и Френтис увидел мужчину: тот сидел за столом лицом к окну, за окном виднелось море. Мурлыкая что-то себе под нос, судья читал свиток. Среднего роста, довольно полный, в седых редеющих волосах еще оставались черные пряди. «Интересно, как его зовут?» — подумал Френтис, доставая кинжал из ножен.
* * *— Всего один удар, — заметила женщина, когда они поднимались в гору.
До утра они просидели в лесу, наблюдая за домом. Дождавшись отчаянных криков судейской жены, они пошли вверх по склону, держась в стороне от дороги, а также от городка, где наверняка начнут интересоваться приезжими, едва обо всем станет известно.
— Чисто и быстро, — продолжала она, карабкаясь в гору без малейших усилий. — Думаю, ты мог бы меня поблагодарить за то, что я подарила ему легкую смерть в твоем лице.
Френтис промолчал, взбираясь на скалу следом за ней.
Они достигли вершины, когда солнце стояло уже в зените. Раскинув руки, женщина повернулась к западу.
— Двенадцать Сестер во всем их великолепии.
Цепь лесистых островов уходила в морскую даль и терялась в полуденной дымке."
"— Столетиями ни один смельчак не решался здесь поселиться. Говорят, когда-то тут произошла катастрофа, разрушившая перешеек, который соединял наш континент с тем, что сейчас является материковой частью Альпиранской империи.
