На первом этаже когда-то располагалась местная управляющая компания, но сейчас там шли ремонтные работы и этаж пустовал, а два других этажа занимали квартиры-«гостинки», расположенные друг напротив друга вдоль длинного коридора.
— Гадюшник этот…
Генка брезгливо поморщился от запаха перегара, мочи и еще чего-то мерзкого — этот запах был везде, лестничная клетка пропиталась им. Между этажами сидела стайка детей, передавая друг другу сигарету, как индейцы, курящие трубку мира. Генка бывал здесь и раньше, и жильцы этого дома всегда вызывали у него негодование и брезгливость.
Он считал, что Олег ошибся, купив здесь квартиру, но переубедить приятеля до сих пор не смог — больше всего на свете Олег ценил личное пространство, а никакая съемная квартира не давала ему этого ощущения. И хотя в его доме постоянно происходили разные неприятные вещи, за бронированной дверью своей крохотной квартирки, за стенами со звукоизоляцией Олег все равно чувствовал свое личное пространство. И пусть звуки из коридора проникали к нему в дом, это было не так важно.
Генка этого не понимал, но они с Олегом давно научились уважать причуды друг друга, а потому он промолчал даже тогда, когда в коридоре им встретился какой-то абсолютно пьяный мужик, попытавшийся зачем-то напасть на них, но не удержался на ногах и кубарем полетел с лестницы, а компания подростков хрипло загоготала. Генка не знал, что было хуже — вот эти пьяные поползновения или серые дети на грязной лестнице, передающие друг другу косячок.
Дети, которые и детьми-то не выглядели.
— Хорошо хоть твоя квартира рядом с дверью на лестницу…
— Что? — Олег зашарил по карманам в поисках ключей. — Ага, нашел…
— Ничего. — Генка взял у него из рук ключи и отпер замки. — Заходи, не стой, вонища в коридоре ужасная. Хотел бы я знать, как можно находиться в твоем коридоре дольше минуты.
Олег словно и не слышал ничего. Аккуратно поставил ботинки в обувной шкафчик, куртку повесил на плечики — что-то поистине страшное должно было произойти, чтобы он просто разбросал свои вещи.
И, видимо, этот день еще не настал.
В квартире было тихо и уютно. Конечно, мебель не годилась для такой маленькой комнаты, но Генка свое мнение не высказывал — другой мебели у Олега и быть не могло."
"— Я поставлю еду в холодильник и сделаю тебе чай, а ты давай ныряй в постель, сейчас порошок выпьешь и завтра будешь как новый. — Генка включил чайник и распотрошил пакетик с лекарствами.
