Джордан, задумчиво нахмурившись, попытался припомнить автора изречения, но не смог.
– Кто это сказал?
– Я, – задорно улыбнулась жена."
"Джордан удивленно покачал головой, пораженный ее остроумием, и, насадив червя на крючок, направился к берегу. Он остановился у огромного поваленного дерева с ветвями, нависшими над водой, и закинул удочку.
– Здесь вряд ли поймаешь большую рыбу, – произнесла жена с видом невероятного превосходства. – Подержите мою удочку, пожалуйста.
– А мне показалось, ты говорила, будто сама все умеешь делать, – пошутил Джордан, заметив, что она уже сняла ботинки и чулки.
Прежде чем он понял, что задумала жена, та подоткнула юбки, показав стройные ножки, тонкие щиколотки и крошечные босые ступни, и грациозно вспорхнула на ствол.
– Благодарю, – кивнула она, протягивая руку. Джордан вручил ей удочку, ожидая, что Александра сядет, но, к его беспокойству, она с ловкостью акробата прошла по толстой ветке, протянувшейся над водой.
– Немедленно вернись! – резко приказал он, повысив голос. – Ты можешь упасть!
– Я плаваю как рыба, – сообщила Алекс с улыбкой и наконец уселась – босая герцогиня, чьи изящные ножки почти касались воды.
Лучи солнца, запутавшиеся в ее волосах, переливались и играли всеми цветами радуги. – Я научилась рыбачить, еще когда была совсем маленькой, – пояснила она и забросила удочку.
– Да, Пенроуз тебя учил, – кивнул Джордан. И по-видимому, был хорошим наставником. Александра не хвасталась, утверждая, что умеет все, – недаром так ловко насадила червя на крючок!
Очевидно, мысли их текли в одном направлении, потому что минуту спустя она улыбнулась ему со своего насеста, заметив:
– Рада видеть, что вы не брезгуете червями.
– Никогда не отличался брезгливостью, – с самым серьезным видом запротестовал Джордан, – просто не могу слышать звуки, которые они издают, когда их насаживаешь на крючок. Куда гуманнее было бы сначала убить его, прежде чем использовать для наживки!
– Никаких звуков они не издают, – запальчиво возразила Александра, но он казался таким уверенным, что ее собственная убежденность несколько поколебалась.
– Только люди с идеальным слухом способны их слышать! – настаивал Джордан, стараясь не улыбнуться.
– Пенроуз говорил, что им не больно, – смутилась Алекс.
– Пенроуз глух, как столб. Он не слышит их криков.
Неописуемое выражение ужаса и раскаяния промелькнуло на лице Александры, и Джордан поспешно отвернулся, чтобы скрыть смех. Но плечи его затряслись, и Александра наконец поняла, что ее дурачат.
