Оля боязливо посмотрела на Наташу, сжимая в руках своего любимого зайца, которого я позволила дочке взять с собой сегодня.
— Не бойся, — погладила я её по голове. — Я Наташу давно знаю. Она тебя не обидит. И вон там телефон есть, видишь? Если что — звони. Помнишь номер мамы?
— Да.
Мы с Олькой вдвоём выживали. И я помогла ей выучить наизусть мой рабочий номер и номер Даши на всякий случай."
"— Значит, ты всегда можешь мне позвонить. Всё, милая, мама на работу опаздывает. Слушайся Наташу, хорошо?
— Хорошо… — растерянно смотрела на меня она, пока я шла к выходу.
Наша жизнь теперь изменится. Как раньше никогда уже не станет, и нам обеим придётся к этому привыкать.
Вышла под завывающий ветер и практически побежала на автобусную остановку — адски холодно, да и опаздываю я уже на самом деле.
В офис влетела как ошпаренная, и едва успела переобуться, снять пальто и взяться на папку, как в приёмной появился Пётр Сергеевич.
— Доброе утро, Катенька.
— Доброе утро, Пётр Сергеевич. — Ну что — отвезла к Наташе Олю?
— Да, как и договаривались.
— Вот и чудно. Я ей, конечно, рассказал, кто такая Оля.
— Я поняла.
— Осталось тебе рассказать девочке, кто такая Наташа и я.
Пётр сканировал меня своими серыми глазами, словно догадался, что я так и не нашла в себе сил рассказать дочери о том, что у неё появились дедушка и бабушка.
— Расскажу, конечно. Сегодня вечером.
— Договорились.
Катя, сегодня нужно подготовить конференц-зал для большого собрания. Пригласить всех начальников отделов к трем часам дня.
— Хорошо, — кивнула я.
Готовить зал мне придётся не впервые. — Всё будет сделано. Только не пойму — это же нужно было приготовить на завтра, или я что-то путаю?
— Не путаешь, — ответил Пётр. — Просто планы изменились. Роман прилетел вчера. И уже сегодня готов обсуждать план компании.
— Как сегодня? — папка из моих рук выпала.
— Обычно — сегодня, — повторил мужчина. — А что тебя так удивляет?
— Нет, ничего, — ответила я и подняла папку с пола. — Как скажете. Всё будет готово.
— Тогда работай.
Пётр ушёл к себе, а я положила папку на край стола и отправилась в уборную. Мне надо было умыться и успокоиться. Руки так и дрожали. Щёки горели.
Открутила кран с холодной водой и слегка ополоснула их, чтобы сильно не повредить макияж, и выдохнула.
Значит, он приедет уже сегодня.
Разницы сильно не было — сегодня или вчера, однако меня перетрясло.
Почему же я так боюсь встречи с прошлым лицом к лицу?
Потому что между нами осталось слишком много недоговорённостей.
