– Ну, ты, мам, даешь! – только вымолвила она. – Такой наезд! Ты чего как с цепи? Заболела, что ли?
– Здорова, – бросила Надя. – Здорова как корова! Да и кого это волнует! Просто надоело все. Хуже горькой редьки. И твое нытье в том числе!
– А кому мне пожаловаться? – совсем растерялась дочь. – Кому, кроме тебя?
– А никому, – жестко отрезала мать. – Я же у тебя не спрашиваю, кому мне пожаловаться и предъявить претензии! Сама справляюсь! – И Надя решительно положила трубку. Ничего, пусть задумается. Может, дойдет до жирафа.
Вспомнит, сколько матери лет и что она одна на всем белом свете.
Конечно, потом разревелась! Плакала долго и горько. Вся жизнь – коту под хвост. Жила с подонком и вралем, дочь вырастила черствую эгоистку. Внуков нет. И одна она на всем белом свете! Никому не нужная, никем не любимая немолодая и нездоровая, одинокая женщина. Вот итог ее «благополучной и сытой» жизни.
Весело. Обхохочешься прям.
Так, что застрелиться охота. Только одна проблема – нечем.
«А может быть, я мазохистка? – подумала она.
– Вот травлю себе душу, мучаюсь. А зачем, спрашивается? Надо было сразу этого «верблюда» в помойку, и тогда бы ничего не было. Ничего. Доживала бы свою жизнь спокойно, думая о том, что она удалась».
И с дочкой поругалась – совсем спятила. Она-то тут при чем? Ей ведь тоже несладко. Дитя ведь родное, не самое плохое. А она мать! Значит, должна терпеть и поддерживать. Молчать. И еще – жалеть. Такая материнская доля. Терпеть, молчать и жалеть.
Отмолчалась, оттерпелась и отжалелась. Хорош! А не пошли бы вы все!
Бунт на корабле, где она одна – и капитан, и боцман, и команда.
Узнала полправды, узнаю и все остальное. Надя решительно достала следующее письмо.
Эва! Твоя хандра – дело обычное. Осень! Все пройдет, ты же сама знаешь. Поездка тебя расстроила – тоже понятно. У Маши семья, дети, внуки, хлопоты. Жизнь беспокойная, но насыщенная, как ты говоришь, «со смыслом». Правильно, все так. Но ты – не Маша! И такая жизнь – не твоя и не для тебя. И представить это невозможно – закатывание банок с огурцами, кастрюли борщей, вязание свитеров, выезд с внуками на дачу.
Вся эта суета не для тебя. Люди разные, твои слова. Маша – квочка, наседка, нянька по своей сути. Для нее суть жизни в заботе о близких. Твоя же суть – посвятить всю жизнь своей личной жизни. Ты такая Лиля Брик местного масштаба, дама для украшения жизни. Впрочем, кому ты и что украсила – большой вопрос."
"Завидовать Маше – просто смешно! Ты бы не выдержала и часа ее жизни, уверен.
