— В аптеку поехал.
— Я могу дождаться, — говорю ей. Не думаю, что парень сильно задержится.
— Не надо. Все правда нормально, — она все еще пытается меня успокоить. — Позвони мне, ладно?
— Спасибо, — обняла подругу. — Выздоравливай скорее.
Быстрым шагом спустилась вниз, прошла через просторный холл огромного особняка и снова натолкнулась на домработницу. Ну Цербер, честное слово!
— Вы снова уходите, Таисия Валерьевна? — поинтересовалась женщина.
— Я здесь гостья, не пленница. Запомните это, пожалуйста, — передернув плечами быстро выскочила на улицу.
На такси добралась до ближайшего супермаркета, закупилась продуктами совершенно не представляя, что ест Амиров, но раз мой суп ему понравился, надеюсь и остальная стряпня не вызовет рвотных позывов. Готовить меня мама научила. Она всегда говорила, что в жизни может случиться всечто угодно, так что надо уметь жить в любых условиях.
— Я уже соскучился, — Гер вышел на звук щелкнувшего дверного замка.
Сразу же попала в его объятия. Он попытался забрать пакеты, но я их отвоевала.
— Как ты себя чувствуешь? — всматриваюсь в его лицо.
Пока с трудом верится, что он вообще здесь. Просто вот так, сидит в одних штанах на моей кухне, улыбается, крутит в руках пачку спагетти и разглядывая меня из-под темных ресниц.
— Теперь гораздо лучше, — заверяет, плавно поднимаясь с табуретки. — Тай, — обнимает за талию со спины, прижимает к груди. Его дыхание касается кожи, он ведет носом по шее вдыхая запах моих духов. — Моя Таська, — целует в плечо, забирается пальцами под футболку.
Попкой чувствую его твердый пах. Щеки вспыхивают, по каждой клеточке моего тела прокатывается волнение и ответное возбуждение. Его губы дразнят легкими касаниями. Чувствую горячий язык за ухом. По коже пробегает озноб.
— Идем, — взял за руку, тянет за собой. — Моя девочка, — осторожно укладывает на постель.
Суженные глаза и несколько капелек пота на лбу выдают его слабость, но Амиров не собирается отступать. Он всегда был упрямым.
Устроившись сверху, Гер убрал с лица мои волосы.
Трется о низ живота натянутой ширинкой, тихо стонет.
— Амиров, не надо, — шепчу, а губы горят от его поцелуев. — Не хочу так, — убеждаю не его, себя.
— Как? — неизменная наглая улыбка и руки плавят податливое тело своими прикосновениями.
— Секс из благодарности... — произношу и понимаю, как по-дурацки это звучит.
— Глупая, — Гера смеётся, спрятавшись у меня на плече. Он щекочет дыханием кожу, тут же распаляет её поцелуем. — Я же люблю тебя, Таськ. Только тебя.
