— Врач рекомендовал сегодня только бульон, — моя заботливая девочка поставила передо мной кружку с аппетитным куриным супом. — Я ночью сварила, — она положила в него ложку. — Ешь осторожно, горячий.
— Спасибо, — не удержался и проглотил первую ложку обжигая губы.
— Гер! Ну сказала же, горячий, — качает головой, как строгая мамочка.
— Безумно вкусно, — урча от удовольствия проглотил кусочке мягкого куриного мяса."
"Тая с интересом и улыбкой, спрятанной в карих глазах, наблюдает за тем, как я с аппетитом уплетаю ее суп.
Есть в этом моменте что-то сексуально-уютное. Странная формулировка, но очень сюда подходящая.
Первое насыщение пришло довольно быстро. Всю порцию я не осилил, хотя очень старался. Тася ведь не спала, готовила. Хочется сделать ей приятно.
После еды снова тянет в горизонтальное положение. Я аккуратно устроился полулежа, вытянул ноги. Мне даже переодеться не во что. От футболки ничего не осталось, брюкам нужна стирка, а лучше мусорка. Про трусы я вообще молчу! Настроение снова скатилось ниже плинтуса.
Надо прикинуть сколько налички у меня осталось и как быстро их прокрутить, чтобы заработать еще.
Тая суетится по комнате, забирает с табуретки остатки недоеденного завтрака.
— Гера, мне уехать надо. Ты побудешь один пару часов?
— Конечно, — киваю. Прекрасно понимаю, что сидеть со мной весь день она не обязана. Но как же не хочется отпускать!
— Только я очень тебя прошу, не вставай. Таблетки я оставлю здесь, чтобы ты смог дотянуться… — тараторит девушка.
— Тая, я честно справлюсь. Куда ты поедешь? — это интересует меня больше дурацких таблеток.
— К Ревалю. Тебе привезти что-нибудь?
Моя же ты заботливая! Меня бесит сам факт, что Камаева поедет в тот чертов дом.
— Не уезжать. Тебе нечего там делать, Тай, — приподнимаюсь на локтях, хочу встать.
— Ты ревнуешь? — смеется.
Весело ей!
Да! Я. РЕВНУЮ!
По венам тут же проводит жар. Хочется сгрести в охапку и сказать, чтобы сидела дома.
Тая села рядом, взяла меня за руку, погладила пальцами напряженные мышцы.
Ее прикосновение тут же разлетелось мурашками по пылающей коже. Я пока не имею права ее держать. Пара глубоких вдохов, чтобы отпустило. Ей нравится моя реакция, я по глазам вижу. В них пляшут довольные искорки, реснички чуть подрагивают и… знакомым жестом она кусает губы.
— Папе обещала, что буду там, — старается не улыбаться, но уголок красивых губ все же вздрагивает.
— Хорошо, — сдаюсь. Я должен доверять ей. Стеф ее не тронет.
