Неделя прошла с похорон его матери. Аслана это сильно подкосило. Мы, конечно, понимали, что скоро должно произойти ужасное, но вот на деле все оказалось гораздо больнее. Даже мне, нелюбимой невестке, которую все время тыкали носом по поводу и без, все равно тяжело. Валида Зауровна была непростым человеком, но я никогда не желала ей смерти.
Амиров любил мать. На его плечи грузом легло чувство вины за то, что он так и не нашел, не привез к ней младшего сына. Приезжали сестры со своими мужьями, здорово помогли нам. Необходимо было максимально соблюсти все традиции, в которые так верила их мама.
Даже мои родители приехали поддержать Аслана. Приезжали Камаевы и еще много народу выказывали почтение, говорили трогательные слова.
В ночь после похорон Асу снова стало плохо и его увезли в больницу. Врач категорически запретил нервничать, но мой муж и не нервничает. Он просто замолчал, ушел в себя.
— Аслан Ленарович, — в палату вошел заведующий отделением. Муж обернулся на голос. — Завтра я могу отпустить вас домой, если вы будете соблюдать мои рекомендации.
Я наслышан о вашем упрямстве, потому, — улыбнулся седовласый мужчина. — спешу напомнить, что у вас беременная жена и если вы хотите через три — четыре года побегать со своим малышом на детской площадке, месяц придется потерпеть и восстановить истощенную нервную систему.
— Умеете вы уговаривать, доктор, — смеется мой муж, а мне становится легче. Будто с души прямо мне под ноги рухнул огромный булыжник. — Я еще и дедом стану. Так что через три — четыре года силы мне понадобятся сразу для двоих.
— Ооо, — поддержал его настроение врач. — Тогда тем более, Аслан Ленарович. Я вам подобрал отличную терапию. Часть ее очень даже приятна, выполнять ее возможно вместе с Анной Владимировной.
— Ммм… — знакомая хищная ухмылка мелькнула на лице моего мужа. А я покраснела, как в старые добрые времена. Ну вот что он со мной делает? И когда это вообще прекратится!
Врач ушел. Аслан снова встал у окна. Я встала рядом, тихонечко взяла его за руку.
— Ас, я не успела сказать, — начала через пару минут давящего молчания.
— Спасибо, что вернул нам нашего сына. Я так боялась, что вы из-за своей дурацкой гордости растянете эту ссору на годы. Я бы сошла с ума разрываясь между своими мужчинами.
— Я горжусь нашим сыном, Анют. Наконец смог сказать ему это в глаза и мне стало легче. Мы хорошо его воспитали. Герка гораздо лучше меня, — муж повернулся, обнял меня за талию. — Он умеет так потрясающе любить… Умеет быть верным.
