Еще пару минут просто посидел за рулем, чтобы успокоиться, только после этого тронул машину с места.
Мы припарковались у ворот кладбища и отец повел меня по асфальтированной дорожке мимо крестов, могил и высоких деревьев. Мрачная обстановка этого места давит, особенно на фоне недавно произошедшего. Я позвонил Тасе, чтобы предупредить о задержке и услышать, что она чувствует себя лучше, только сильно волнуется. Пока мы не остановились у парного памятника я убеждал любимую девочку, что с нами все хорошо. Про аварию не сказал ни слова.
— Знакомься, — отец подошел к гранитному камню, смахнул пыль с фотографии, на которой счастливо улыбается красивая молодой женщина, а сзади ее обнимает за талию и целует в щеку темноволосый, кареглазый мужчина. — Люди, которые дали тебе жизнь.
Я облокотился предплечьями на металлическую ограду рассматривая фото, пытаясь отыскать в себе сыновьи чувства, что-то, что должно там щелкнуть при виде этих людей. Но так уж вышло, что мой отец жив, он стоит рядом со мной, а мама ждет нас дома вынашивая моего брата.
Я благодарен женщине с фото, что она до последнего боролась за меня, что я существую. Но это все, что зашевелилось в душе.
— Твой отец профессионально занимался стритрейсингом много лет. Он участвовал в соревнованиях, ездил за границу, привозил кубки и дипломы.
— И погиб в автомобильной аварии, — закончил я за него.
— Да, Гер. Даже профессионалы не застрахованы от форс-мажорной ситуации. Технические неполадки, погодные условия. Два трупа. Могло быть три. Я покажу тебе машину, если хочешь.
Точнее то, что от нее осталось. Это своего рода памятник, который я не решился утилизировать. Хочу, чтобы ты посмотрел этим людям в глаза и понял, почему я так вел себя с тобой. Почему так боялся, что однажды тебя постигнет та же участь. Ты отлично водишь, но, как видишь, иногда этого бывает недостаточно.
Мой мобильник вибрирует в кармане. Достаю. На экране высвечивается «мама».
— Да, — тут же принял вызов.
— Гера… — голос охрипший, зареванный. — до папы дозвониться не могу.
— Телефон в машине оставил. Что случилось? — у меня сразу паника. — Что-то с Таей?
— Бабушка… Валида Зауровна умерла.
Глава 29. Желтая пресса
Тая
— Ну где же наш папа? — с нежностью глажу живот надеясь, что ничего не случилось.
Нехорошее предчувствие комом встало в груди. Я гоню его. Гера же говорил, что все нормально. Понимаю, что им с отцом очень важно поговорить. Только я все равно переживаю, зная этих вспыльчивых мужчин.
Долго скучать мне не дали.
