Потому они и занимали большую комнату. Мне одному много ли надо?
– Вы никогда не были женаты?
– Нет. То учеба, то армия – три года во флоте, потом работал, сидел...
– А комнату вашей сестры можно посмотреть?
– Конечно! Только что вы там собираетесь увидеть? Мебель? Ковры?"
"Николай направился к двери, я – следом. Комната, в которую мы зашли, была намного больше той, которую занимал Николай. В ней было два окна. Ширма перегораживала комнату почти пополам. Здесь тоже была хорошая добротная мебель в стиле рококо.
Горка, ломберный столик, кресла, канапе, деревянная кровать-«полуторка» под девятнадцатый век...
– Они здесь жили втроем? – уточнила я.
– Да. Ярослава с мужем спали на кровати, за ширмой. Андрей – на канапе. Когда уже оканчивал институт, стал снимать отдельное жилье. Считал неудобным жить с родителями в одной комнате.
– Большая... Сколько здесь метров? – уточнила я.
– Кажется, двадцать шесть или что-то около того.
Мы вернулись в кухню. Хозяин налил мне еще зеленого чая, я решила не отказываться.
– Николай, у вас большая просторная квартира. По сегодняшним меркам – просто шикарная. Почему вы с сестрой не разменялись?
– На что? Я, если честно, прикидывал варианты... Нам светили в лучшем случае две однокомнатные квартиры в отдаленных районах в простых «хрущобах». А сестра эту квартиру любила. Мы ведь оба здесь родились и выросли. Вы сами видите – потолки высокие, комнаты большие и светлые... Здесь простор! Таких сейчас немного. Жалко такую красоту менять на черт знает что.
При Сталине строили добротно, на века... Потом стали гнать халтуру. Лишь бы больше, а на качество никто внимания не обращал. А потом ведь я сам делал здесь ремонт. Все своими руками. Здесь все добротно, все на совесть. Да вы сами видите...
Я покосилась на Николая. Хвалится? Впрочем, есть чем.
– Кстати, Полина, вы знаете, почему меня не выпустили досрочно? Я делал ремонт в тюрьме, в служебных помещениях. Начальнику так понравилось, что он привез меня к себе домой, я и у него там все обустроил.
Можно сказать, один сделал перепланировку и евроремонт.
– Так вы с сестрой из-за квартиры не ругались?
– Полина, вы что, на слове меня поймать хотите? Как следователь? Говорю же: нет, мы не ругались ни из-за квартиры, ни из-за чего другого. Мы с сестрой жили дружно. Она меня практически вырастила, была мне как мать... Я что, по-вашему, фуфло, дешевка?!
– Хорошо, хорошо. Тогда давайте уточним насчет перстня. Вы говорили, у вашей сестры был какой-то перстень.
