Я едва начала работать по ней, обрадовавшись тому, что сумела разобраться во всем сама, когда бухгалтерше позвонили на рабочий телефон.
– Диана, – положив трубку, обратилась она ко мне, – меня срочно вызывают в соцстрах. Я отъеду ненадолго. Оставайся тут, работай... Вот-вот должен подойти директор. Сходишь к нему, узнаешь, подписано ли твое заявление. Ну, я думаю, он кочевряжиться не станет... Давай! Если я буду нужна, скажешь, пусть звонят мне на мобильник.
– А какой у вас номер?
– У секретарши спросишь.
Все! Я побежала...
Ну и чудненько! Нам только этого и надо. Пароль компьютера я знаю, номер Капитолины – сейчас организуем!
Я сходила к секретарше, и та с удовольствием сообщила мне интересующий меня номер.
– Кстати, Лев Эдуардович пришел, – кивнула девушка на дверь директора, – можешь зайти.
– Сейчас, только бухгалтерию закрою...
Я вышла от секретарши и чуть ли не бегом помчалась к себе. Кажется, пора делать ноги! Я даже не стала выключать компьютер, только вынула свой диск из дисковода, схватила сумку и, пройдя на цыпочках мимо кабинета директора, побежала по лестнице вниз.
..
* * *Через два дня Николай был уже на свободе. Илларион Сигизмундович добился-таки обыска в комнате Лютикова, и перстень нашли. Николай не был дураком и, разумеется, опознал «перстень своей сестры». Меня тоже вызвали для дачи показаний, и я подтвердила, что знакома с гражданином Солдатенковым, и в тот вечер мы действительно были с ним в кафе.
Официант Вася, также вызванный на допрос как свидетель, вспомнил нас (несомненно, благодаря щедрым чаевым, оставленным ему Николаем) и, таким образом, подтвердил наши показания. Следователь, поскрипев зубами, вынужден был выпустить подозреваемого."
"Николай с пакетом под мышкой вышел за ворота КПЗ, где я ждала его в своей машине. Но не успела я выглянуть из моего «Мини Купера» и помахать другу рукой, как откуда ни возьмись налетела Эвелина.
Она повисла на своем бывшем возлюбленном, стала что-то страстно говорить ему... Из окна машины я видела, как он с силой оторвал ее руки от своей шеи и довольно грубо оттолкнул. Эвелина пыталась что-то доказывать, эмоционально размахивала руками, но он даже не повернул голову в ее сторону. Я решила не светиться при мадам Раневич и подождала, пока Николай скроется за углом. Девушка осталась стоять на месте как изваяние.
