– Полина, дело – дрянь...
– Они отказались искать перстень?
– Хуже.
Я опешила. Что может быть хуже?
– Николай, объясни толком, что случилось?
– Они обвинили в воровстве... меня.
Я еще раз опешила.
– Тебя?! – переспросила я на всякий случай. Вдруг у меня со слухом неважно?
– Представь себе.
– И чем они это обосновали? Зачем ты украл у себя перстень? Ведь он, насколько я понимаю, не был застрахован?
– Да не был он застрахован, кто об этом вообще думал! А украл я его вовсе не у себя, а, как сказали мне менты, у прямого наследника Андрюши Лютикова! Это он, как сын погибшей, является.
..
– Стоп! Я поняла. А про замок что сказали? Следы взлома есть?
– Нет. Замок открыли родным ключом.
– Понятно.
– Полина, что тебе понятно?
– Что мне придется приехать к тебе.
Я положила трубку и пошла собираться.
* * *"
"...Николай открыл сразу, на меня пахнуло ароматом свежезаваренного зеленого чая с жасмином. Сбросив в прихожей туфли, я прошла на кухню. Там был накрыт стол: чайные чашки, коробка конфет и печенье в вазочке, даже баночка с клубничным джемом.
Мы сели к столу. Николай принялся разливать чай, я машинально взяла конфету, начала разворачивать ее.
– Тебе обвинение предъявили? – спросила я.
– Да.
– Подписку взяли?
Николай усмехнулся:
– Разумеется. Когда они узнали цену перстня...
– А откуда они ее узнали?
– Из какого-то каталога. Следователь сразу обрадовался: ага, говорит, раз перстень таких бабок стоит, так вы его и украли у наследника Андрея Лютикова! Потому как перстень вовсе не ваш, и вы ввели нас в заблуждение.
Ну, как? Нехило закручено? Я же говорил: не надо было ментов вызывать... Теперь я снова под следствием. А как они обрадовались, когда раскопали про мою первую судимость! Следователь едва лезгинку у себя на столе не танцевал!
– Не переживай. Нет худа без добра. Зато теперь мы знаем, что к тебе залезли не случайные квартирные воришки, а кто-то свой.
– В каком смысле свой?
– В таком. Ключ от твоего замка?
– Сказали, от моего.
– Значит, взять его мог только человек, вхожий в твой дом.
– Я победно посмотрела на Николая.
Он некоторое время переваривал эту мысль.
– Свой, говоришь?
– Конечно! И заметь: взяли исключительно ведьмин перстень, хотя в шкатулке полно всякого другого добра. Значит, знали, что именно этот перстенек стоит намного дороже всех остальных, мелочиться не стали. Отсюда, как говорил Глеб Жиглов, вопрос: кто из твоих знакомых, бывавших в доме, знал о перстне?
Николай поставил чашку с чаем на блюдце.
