Как я не завизжала на весь квартал – тайна, покрытая инеем, зато подозрение расправило плечи и встало в полный рост.
Увы, речь явно шла о побочке. О плате за бездействие, которая настигла гораздо раньше, чем полагается. Более того, это не по правилам – чтобы началась побочка, нужно фактически забросить затею, отказаться от своих обязательств, а я-то не забрасывала! Я не занималась охмурением один-единственный день!
Ощущение несправедливости было колоссальным, просто убийственным. Я заснула расстроенная, а проснулась с больной головой.
Чувствовала себя так, что в пору утопиться в котле, но пришлось натянуть платье, привести себя в приличный вид и спуститься на кухню.
Там под странное переглядывание коллег я сжевала обычную овсянку, запила её кружкой крепкого чая и поползла дальше – в выделенный мне для приёма клиентов кабинет.
И вот иду я, никого не трогаю… Заворачиваю в общий холл, а там…
– Уважаемая, вы не поняли! – прорычал некто… Высокий, плечистый, с гривой платиновых волос и в целом очень знакомый.
Он стоял вполоборота ко мне, грозно нависая над мадам Фокс. Этакая пышущая эмоциями скала.
– Нет, это вы не поняли, – ответила наша хозяйка спокойно. – Мила – ценный специалист, у неё очень плотный график. Если хотите пообщаться с ней в рабочее время, записывайтесь на приём. Иначе никак.
На последних словах в спокойном тоне мелькнули нотки ликования, ведь мадам знала, что Виер далеко не беден. Только окон в сегодняшнем расписании всё равно не было. А ещё не было возможности остаться незамеченной – мой путь лежал как раз мимо этих двоих.
Пришлось покашлять, потом поздороваться.
– Мила! – тут же прорычал Виер.
И чего так злится? Да ещё с утра пораньше?
– Господин Виерлен, я уже объяснила, – ровно напомнила хозяйка.
Учитывая побочку, мне, вероятно, следовало задержаться. Постоять рядом, построить глазки или даже назначить свидание, но эта же побочка испортила настроение настолько, что я решила не рисковать.
– Хорошего дня, – сказала вежливо и продолжила путь.
К коридору и, собственно, кабинету.
Моё дефиле сопровождалось одобрительным взглядом мадам и мужским шипением. Первое, кстати, хорошо. За это могут и премию дать.
У двери уже отиралась немолодая мисс, которой я обещала убрать морщины на целых три месяца. Она сразу вбежала в кабинет, сдёрнула шляпку и улеглась на кушетку. Я же натянула халат, подошла к столу с заготовками, а едва взяла миску для смешивания первого состава, испытала чувство дежавю.
