— Друзья! — пролетая мимо толпы, Мезенцев внезапно усилил свой голос, — Друзья! Я жив и здоров! Спасибо всем вам за то, что молились за меня и мою семью! И конечно же, спасибо Сергею Меншикову и его команде, который вытащил меня из лап ужасных тварей, рискуя собственной жизнью! Обещаю вам, что прямо сегодня мы разработаем план и уничтожим всех тварей!
— Да! — крики горожан, которые были вынуждены сидеть на стенах в целях безопасности, — становились всё громче.
Сергей смотрел на людей с некоторым сожалением, ведь он не мог помочь всем, и это его сильно печалило.
А потом он начал замечать на лицах улыбки. Удивительно, но люди, которые потеряли всё — улыбались. Вместо того чтобы охаять мэра за все смертные грехи, призвать его покинуть свой пост, они радовались, вверяя ему свою дальнейшую судьбу. Они верили ему. Они верили в то, что он вернёт им прежнюю жизнь.
— Теперь ты понял, зачем я нужен? — как только они пролетели стену, задал вопрос Мезенцев.
— Надежда? — предположил княжич.
— В том числе, — согласился он, — Я не просто мэр. Я символ стабильности, я один из столпов Российской Империи, понимаешь? Люди привыкли ко мне и ожидают, что я всё исправлю…
— Константин, — мэр повернулся к капитану, — Нам вон туда, — он указал огромное по своим размерам поле, на котором расположились сотни единиц техники. Здесь находилась целая армия, которая в скором времени обрушится в едином яростном порыве на тварей, что захватили город…
(Неизвестный мир)
— У нас начинает получаться, — пропищал Карский, глядя, как первые ростки скверны вырвались из зыбучих песков.
— Слишком медленно, — вздохнув, ответила Ядвига, наблюдая за увядающим деревом, которое расположилось на противоположной стороне песков. Ветви его начали чернеть, а листья опадать, — И вообще, мне всё это не нравится.
— Что ты такое несёшь! — возмутился он, — Что значит, не нравится! Мы должны вернуть свою силу!
— Ты должен, — фыркнула она, — А я уже устала от хмурых красок. Посмотри, скверна убивается всю жизнь.
Какой в этом смысл?
— Хватит страдать ерундой! — вновь запищал Карский, — Разве это жизнь? Когда за тобой по следу бегут ищейки императора? Разве это жизнь, когда тебя может прихлопнуть любой слюнтяй из интерната…"
"— Донской далеко не слюнтяй, — Ядвига улыбнулась, — Я уже жалею, что не познакомилась с ним лично, когда была такая возможность. Теперь он ненавидит меня…
— Ядвига! Не говори так… — визг Карского поутих.
