Если противник веселится, значит, он уверен в своей победе. Так думал и парень, потому что его энергетический силуэт постоянно колебался от переживаний, будто он с трудом сдерживал дрожь. Я понимал, что парень боялся, но об этом он должен был думать раньше, когда с весёлым задором пытался нас прикончить.
— Ты не забыл? — я обратился к нему с подчёркнутой серьёзностью, — Всё зависит только от тебя.
Я напомнил парню про наши договорённости, глядя ему прямо в глаза, чтобы он почувствовал ответственность, которая лежит теперь на его плечах.
— Сначала пробуем установить контакт, — я предупредил остальных, чтобы не случилась какая-нибудь самодеятельность, — Попробуем решить вопросы мирным путём.
— Как скажешь, — согласился Тамерлан, его голос был спокойным, но в нём ощущалось внутреннее напряжение, — У каждой твари должен быть шанс на жизнь. Хотя бы один.
— Согласен, — кивнул Вельди, криво усмехнувшись, — Разорвать их я всегда успею…
По дороге нас никто так и не заметил. Нас действительно не ждали, словно всё, что случилось за эти сутки было в порядке вещей.
Прямо перед поселением мы поднялись чуть выше, чтобы окинуть его взглядом полностью, как птицы, зависшие над добычей.
— Поселением это место точно не назовёшь, — Тамерлан нахмурился, его голос стал чуть хриплым от удивления, — Скорее средних размеров город…
— Сдаётся мне, что здесь живут десятки тысяч ледяных, — Ярослав стал рассматривать улицы через наблюдательный артефакт.
У меня дар «Ока Шарга» был уже активирован, так что я прекрасно видел всё в деталях — вплоть до того, как ветер скользит по крышам зданий.
Тамерлан оказался абсолютно прав — это не просто поселение, это полноценный город. А вот мыслеобразы Аруша меня подвели, и я понял почему. Всё дело в том, что он жил в районе, который находился около стены, и очень редко выбирался в другие. Вот я и подумал, что там, кроме этого района и площади, ничего не было — наивный вывод, который теперь вызывал у меня внутреннюю досаду.
Отсюда было хорошо видно дворец ледяного Владыки.
Он был огромен — настоящее чудо архитектуры. Шпили, верхушки которых мы видели раньше, были финальным аккордом этого монументального сооружения. Дворец разделялся по цветам: от самого тёмного льда снизу, до почти прозрачного, искрящегося, как горный хрусталь, на вершинах шпилей. Красиво, ничего не скажешь — даже завораживающе. Но и остальные здания в городе были не менее величественными, с изящными узорами, застывшими в вечной мерзлоте.
