Ирина вскинулась было их прогнать, но махнула рукой. Гласность на дворе, ускорение и перестройка, народ имеет право знать, что происходит в суде, ибо суд у нас народный.
Заглянув в зал и попросив секретаря открыть окна, Ирина проследовала в свой кабинет, где под дверью ее уже ждали новые заседатели.
Ими оказались на редкость миловидная дама лет сорока в сером полосатом платье и оранжевом платочке с люрексом на шее и щуплый парень, одетый не совсем подходящим для суда образом, в джинсы и красную футболку с эмблемой «Адидас».
Он так увлеченно читал журнал «Техника – молодежи», что не заметил, как Ирина открыла дверь и пригласила их войти.
Дама представилась Верой Васильевной Шаровой, мастером производственного обучения в машиностроительном техникуме, а парень, нехотя оторвавшись от журнала, сообщил, что зовут его Миша Киреев и трудится он крановщиком домостроительного комбината.
Надо признать, Павел Михайлович поступил мудро, распределив ей заседателей максимально далеких от той среды, где вращается Смульский.
В интеллигентных кругах все друг друга знают, не лично, что является прямым показанием для отвода, так опосредованно, через третьи руки, что таким показанием не является. Кумовство – великая сила, всегда можно добраться до нужного человечка через общего стоматолога, директора магазина или репетитора, а добравшись, уговорить уже ничего не стоит. И упрется такой заседатель, как баран, на оправдательном приговоре, и не сдвинешь ты его. А если оба упрутся, то придется и оправдывать, ибо народные заседатели у нас обладают равными правами с судьей.
Для очистки совести можно написать особое мнение, но это только зря тратить бумагу и конверт.
Слава богу, сейчас этого не стоит опасаться, ибо мастер производственного обучения и крановщик не могут иметь общего стоматолога со Смульским даже в принципе, и директору гастронома они тоже не интересны."
"Странно, кстати, что в этот раз ее саму никуда не вызывали, ни в какой партком, и душеспасительных бесед не вели. Что это значит? Ну ладно забронзовевшие отцы народа, которым поперек горла стоит вся эта перестроечная суета, но второй секретарь обкома Дмитрий Сергеевич Зубков мог заступиться за своего единомышленника! Не обязательно вызывать судью Полякову в высокие кабинеты, он же демократ, мог бы и по телефону позвонить, ничего страшного.
Что ж получается, Борис Витальевич сбитый летчик? Очень может быть, ведь чернорабочие перестройки тоже хотят сделаться ее прорабами. Смульский урвал свой кусок, и хватит ему.
