Я погрузилась в работу, параллельно пытаясь выбить из головы все ненужные разрушительные мысли про свою глупость, жуткого притягательного мужчину, и то, что неправильно я сделала, и не тут мое место.
Метания мои, несмотря на всю их логичность, выглядели невероятно жалко, я чувствовала, что умираю. От тоски, бляха муха!
Как назло, даже посоветоваться было не с кем. Бабка не снилась больше, а подруги…
Меня что-то тормозило от того, чтоб полностью рассказать им историю своего падения.
Достаточно и того, что лайт-версия их потрясла до глубины души…
Анька, видя мои терзания и мучения, предложила вариант развлечения: свидание с богатым, красивым мужчиной… Ну а почему бы нет? Клин клином…
А у меня хоть и назрел вопрос: « Почему сама она не пошла, жертвенно принесла мне подарок в виде импозантного мужчины?».
Но на предложение ответила согласием.
В конце концов, давно понятно, что Аньке самой нужно лечиться, могла бы уже за столько лет преодолеть себя и начать встречаться с противоположным полом.
А она нам с Викой подсовывала всех своих ухажёров.
И вот теперь сижу,смотрю на своего спутника и понимаю, что ошиблась.
Не нужен мне этот эксперимент. И этот мужчина, пусть и офигенный, не нужен.
Для меня теперь уже никто не будет офигенным.
Пусть всё остаётся так, как есть: невероятные воспоминания, красивые картинки из прошлого и горечь обиды, такой сильной, такой страшной, что я, пожалуй, превращусь во вторую Аньку и буду избегать мужчин всю оставшуюся жизнь.
Не изменяя фразе: «вспомнишь заразу - появится сразу», звонит Анька. Её фотография с белоснежной улыбкой появляется на экране моего телефона, и мужчина зависает, глядя на это.
— Наверное, очень важно, — говорю я, — прошу меня простить.
Беру телефон и отвечаю на звонок.
— Ты в ресторане? — судя по голосу, подруга чем-то взбудоражена.
— Да, — спокойно отвечаю я, потому что сижу на успокоительных.
Как бы не перейти на транквилизаторы.
А это всё ты виноват, Юра - сука! Как же ты меня вымотал, как же ты мне в сердце въелся, что тебя не вытравить!
Я сижу в ресторане с мужчиной, который запросто мог бы быть отцом моих будущих детей, а ты, тварь, даже в это влез, мучаешь меня, изводишь! Я только о тебе и думаю, дышу тобой и имя твоё всё время повторяю.
По тебе моё тело ноет, твои руки вспоминает!
Досада на свое глупое состояние перекрывает даже апатию от успокоительных.
— Что случилось? — шепчу ещё тише.
