Лысый поднял её к лицу и осторожно погладил толстым пальцем второй руки. Кажется, Соня даже начала похрюкивает от удовольствия! Я даже испытал какую-то ревность! А вот дальше случилось совсем невероятное.
— Сонечка, — нежно выдал местный «чикатило».
— Эй! — изумился я. — Откуда ты знаешь, как её зовут? Вообще-то, это мой питомец!
Лысый поднял на меня недоумевающий взгляд и осторожно ссадил паучиху на землю. Сонька неодобрительно посмотрела на меня, видимо, считая виновником того, что этот большой лысый человек прекратил свои ласки, но всё-таки посеменила ко мне обратно.
Я подставил руку и посадил её себе обратно на плечо.
— На чужой каравай рот не разевай! — выдал я очередную народную мудрость, откуда-то возникшую у меня в голове. — Заведи себе своего питомца и его гладь. Так вот, повторяю вопрос, откуда ты знаешь, как зовут мою мелкую?
Лысый пожал плечом и виновато улыбнулся.
— Тебя как зовут? — попытался я ещё раз.
На этот раз в глазах здоровяка промелькнула работа мысли, но он быстро сдался, и снова пожал плечами.
— Ясно, что ничего не ясно, — почесал затылок я. — А ты разговаривать-то умеешь?
На что я получил отрицательное покачивание головой.
— Странный ты чувак, — выдал диагноз я. — Ну, по крайней мере, ты меня понимаешь. Понимаешь же, правда?
Утвердительный кивок.
— Ну вот и хорошо, будешь Лысым. Принимается?
Опять работа мысли, неуверенное пожатие плечами, плече после которого последовал снова утвердительный кивок.
— Нет, ну когда ты вспомнишь как тебя зовут, я тебя с удовольствием буду так звать, но пока ты кто? Пока ты Лысый! Скажи спасибо что я тебя «хреном» не назвал, хе-хе!
Собеседник нахмурился и угрожающе приподнялся.
— Алё! Стоп! Я пошутил! Это шутка юмора! Просто Лысый, без всяких «Хренов!».
Я внимательно посмотрел на своего нового спутника. Честно говоря, у меня даже мысли не появилось спросить его — согласен ли он со мной куда-то идти. Я просто принял это как должное, без вариантов. Фиг знает почему, но была у меня такая уверенность, что пойдёт этот странный маньяк с улыбкой ребенка за мной куда угодно.
— Жрать хочешь? — спросил я, развязывая мешок. — Или ты уже поужинал? — кивнул я на его окровавленную морду.
В ответ я получил здоровенный кулак, которым он погрозил меня.
— Ишь ты, какая у тебя тонкая душевная организация! — хмыкнул я. — Руки помой перед едой! А лучше — сам помойся тоже, выглядишь ты очень… гхм… негигиенично!
Я подошел к затоке, и потрогал воду рукой.
