Надо сказать, что народ набухивался до такой степени, что мы успели уже очистить три номера, до того момента, как в четвёртом завопила, видимо, малопьющая женщина.
— Помогите! Насилуют!
Рефлекторно я ей дал тумака и буркнул:
— Размечталась! И вообще, будешь орать — убью!
Не то чтобы я собирался осуществлять свою угрозу, но это подействовало — женщина заткнулась.
Постепенно снаружи начала раздаваться всё более тревожные звуки, сначала несмелые крики, а потом даже выстрелы. Затем заработал пулемёт. Или пацаны перестраховались, или кто-то из ватаги оказался боеспособным.
Опустошив все ВИП номера, я скатился вниз по ступенькам. Томагавком пришлось воспользоваться два раза. Оба, когда, видимо какие-то сильно параноидальные чуваки легли спать с оружием под подушкой. Один даже успел выстрелить, чудом не попав мне в лоб. Этих пришлось замочить, времени на сантименты не было.
Оказавшись на первом этаже, я рванул на улицу со своим напарником, оставив двух молодых следить за вяло шевелящимся пьяным быдлом.
Снаружи меня ждало феерическое зрелище! В слабом свете затухающих костров между несмело шевелящимися телами носился здоровенный безголовый силуэт, чья голая кожа отсвечивала бронзой и раздавались странные звуки… «Бум! Хех!» «Бум! Гы-гы!» «Бум! Ы-ы-ы!»
Что за херня тут творится?! Я сначала не понял, а потом как понял!!! Это был Лысый, что сбросил с себя ненужную броню, а так как башка у него была вымазана сажей, то отсвечивало только тело, что в сумраке казалось «безголовым». За каким хером Лысый разделся?!
Собственно, справились мы минут за двадцать.
В итоге пострадало всего полтора десятка человек из двух сотен. Что было, на мой взгляд, охренительно гуманно. Думаю, что они такого не заслуживали.
— Лысый, что, блядь, за торжество эксбиционизма ты тут устроил? — наехал я на друга.
— Эксби… Экзбе… Короче, это когда голые! А у меня — трусы! — возразил Лысый, указывая на большие «белые» семейки. Ну, уже частично белые, частично окровавленные.
Изобразил фейспалм, тяжело вздохнул и перефразировал претензию.
— Ты нахрена броню снял, дятел?
— Ты же сказал, что мы должны быть как беззвучные тени или неуловимые мстители!
— Говорил? — удивился я.
— Говорил! — подтвердила подошедшая сзади Рыжая. — Когда вдохновляющую речь толкал!
Гхм… Возможно и говорил, но мысли мои ьтогда были далеко. И да, определенно я погорячился с напутствием.
— Не вижу связи!
— Ну… ты когда-нибудь видел беззвучные тени в броне? — поинтересовался Лысый.
