Дед маялся и не знал с какой стороны подойти.
— Так, я не понял, — пошёл я на опережение. — Я тут тебя на престол сажать буквально собираюсь, а ты мне козьи морды корчишь?
— Так Бульдог, при всём уважении, где я, а где князь…
— Не боги горшки обжигали, — вспомнил я красивую фразу. — Я вот, лично, богам хвост накрутить хочу! Не знаю, зачем мне это нужно, но точно знаю — накручу!
— Свят, свят, — Маханыч начал отбивать лбом поклоны. — Святотатство!
Я удивился:
— Слышь, дед, двадцать… блин, какой сейчас век на дворе? Люди в космос летают, крокодилы с ракетницами бегают, ящерицы из лазеров шмаляют, а ты всё за каких-то богов беспокоишься?
— Нельзя так говорить, Бульдог, ой нельзя.
— Маханыч, ты меня разочаровываешь, — скривился я, глубоко вздохнул и попробовал с зайти с другой стороны. — Но, я сделаю из тебя человек, обещаю. Будет у тебя самое прогрессивное княжество в округе.
— Может не надо? — осторожно спросил дед.
— Надо, Маханыч, надо, — с чувством и расстановкой произнёс я.
— Осталось выбрать, какое княжество будет твоим.
Дед, похоже, смирился с судьбой. Он что-то бурчал под нос, но старался не произносить это громко, дабы не нарваться ещё на какое-нибудь неожиданное предложение.
— Так вот, есть у нас два княжества, точнее три. Про Бобровск я только сейчас услышал. В Песецке крови нам попили, собаки бешеные. А вот в Ежовске… У меня к Ежовску личная вендетта есть. Они мой обрез отобрали.
— Обрез? — удивилась Рыжая.
— Ну, оружие. Уникальное.
— У тебя было уникальное оружие? — ещё больше удивилась девушка.
— Что ты заладила? Конечно было! Вон у Лысого молот есть, и у меня было. Мне удивительно, почему у тебя нету.
Рыжая смотрела на меня и хлопала ногами.
— Так это же очевидно.
— Очевидно что? — уточнил я.
— Уникальное оружие на то и уникальное, что его по всей планете… Блин, да я не знаю даже у кого оно есть.
Я ткнул пальцем на дремлющего Лысого, который ещё не до конца проснулся, точнее не до конца проснулся его мозг, потому что его пищеварительная система вполне работала.
Он с одним закрытым глазом сидел и жевал какой-то сухарь.
— Вон у него молот уникальный. И у меня такой был. Только не молот, а обрез! «полный Пэ»! И, что характерно, тоже уникальный! Отобрали, сволочи! Вернуть назад хочу.
— Ну, я тебя понимаю, — сказала Рыжая. — Оно того стоит… обычно.
— В смысле «обычно»? — спросил я.
