При себе у него были только документы Сапожникова, так что если бы в рабочем архиве твоего клиента не хранилась его фотография, с которой мои сотрудники успели познакомиться, думаю, на выяснение его личности ушло бы довольно много времени.
— Вот это номер, — протянула я, потрясенная полученной информацией. — Но ведь, строго говоря, личность его так и не установлена? Он же не Сапожников!
— Не Сапожников, — признал майор. — И устанавливать его личность придется неизвестно сколько времени. Но вот то, что его убили, меня, например, не удивляет.
— Почему? — тут же спросила я.
— А ты сама не догадываешься? — грустно усмехнулся Мельников.
— Знаешь, я лучше сейчас подъеду к тебе. На месте все и обсудим.
— Давай, подъезжай, — сказал Андрей и отключил связь.
В кабинете Мельникова я сидела уже через десять минут после этого разговора. Майор был сдержан и мрачен. Известие о смерти лже-Сапожникова явно не прибавило ему настроения.
— Он убил Порфирьева, — немилосердно дымя сигаретой, вещал майор. — А потом убрали его самого.
Понимаешь, что это означает?
— Понимаю, — ответила я. — Как водится, киллер исполнил заказ, и его убрали. Такой вывод напрашивается сам собой.
— Ну вот, — удовлетворенно кивнул Андрей. — Правильно. А главное, что это означает? То, что после смерти киллера, связь между заказчиком и жертвой нарушена. Так что мы имеем классический висяк!
Выговорив это, майор выдержал паузу, а затем от всей души грохнул кулаком по столу. Канцелярский набор цилиндрической формы подскочил и свалился на пол.
Майор не сделал попытки его поднять.
— Погоди, — попыталась успокоить я расстроенного приятеля. — Почему сразу висяк? У нас же есть саранская история! Ну, с исчезновением Чеснокова.
— А как ты ее сюда прицепишь, эту историю, как? — продолжал сокрушаться Мельников. — Я так думаю, что она здесь ни при чем совершенно! Просто совпало, и все! Ну было дело, исчез там этот, как его…
— Чесноков, — подсказала я.
— Вот-вот, — буркнул Мельников. — Чесноков… А Порфирьева убили совсем по другим причинам.
Каким — хрен его знает, и никогда мы теперь не узнаем, потому что исполнителя нет, а заказчика при таком раскладе хрен найдешь!
— Что-то ты часто этот самый хрен вспоминаешь, — заметила я. — Давай прежде всего успокоимся и подумаем. Может быть, не все так мертво? Мне история с исчезновением Чеснокова не показалась «левой»…
— Да мало ли что могло показаться! — раздраженно махнул рукой Андрей.
— Я все-таки думаю, что нужно нащупывать следы в Саранске.
