Поначалу платил хорошо, а потом перестал. В общем, непорядочный он человек! — в сердцах подытожила Тамара Григорьевна. — Один раз я его видела только, он приезжал. Весь какой-то неопрятный, фу! И надо же, Алеша с ним столько раз связывался! Как будто он медом намазан, этот Алтуфьев!
— Да, вот Анжелика рассказывала, что Алексей недавно общался с этим самым Алтуфьевым…
Мать испуганно замахала руками.
— Да вы что? — воскликнула она. — Это зачем же?
— Вот это нам и непонятно, — призналась я. — Тем более если вы говорите про него такие плохие вещи.
Но факт остается фактом!
— Вот я и говорю — как медом намазан этот Алтуфьев, умеет он окрутить людей так, что они на него бесплатно готовы работать и все ему прощать, — в сердцах сказала Тамара Григорьевна.
— Ну, в этом мы разберемся, — мрачно вставил Прокудин.
— А еще кого-то из его друзей вы можете назвать? — спросила я после паузы.
— Да у него с этими разъездами да с работой и друзей-то не осталось, — склонила голову Тамара Григорьевна. — Раньше, в юности-то, дружил, конечно, с ребятами — и в школе, и во дворе.
А потом все как-то разошлись… Ну, это понятно — у всех семьи, свои заботы. А Алексей вот кинулся деньги зарабатывать. Я и не помню, с кем и когда из друзей бывших он последний раз встречался.
— А когда он уезжал в Москву, то называл какие-то имена?
Тамара Григорьевна задумалась, потом отрицательно покачала головой:
— Нет, никого не называл. Я еще спрашивала: «К кому ты там едешь-то? Есть кому помочь тебе?» А он одно — есть, есть, а конкретно ничего и не скажет.
И вот всегда так! Может, если бы побольше делился с матерью, ничего бы и не случилось страшного!
— А у кого он останавливался?
— Квартиру он там снимал. Там же этого добра на каждом шагу, были бы деньги, а поселиться не проблема. Снимал квартиру с телефоном, говорил, что где-то в Кузьминках, он мне звонил оттуда.
— А в той саранской фирме он с кем работал? Вы кого-нибудь знаете?
— Ой, нет, — покачала головой Тамара Григорьевна.
— Они же все не наши, не тарасовские.
— Может быть, вы хотя бы помните, как называлась та фирма? — не отставала я.
Тамара Григорьевна замолчала, вспоминая. Потом воскликнула:
— Да, вспомнила. «Сар-Би-Си». Я еще подумала, что название какое-то знакомое, часто вроде попадается мне.
«Би-би-си, — мелькнуло у меня в голове. — Видимо, вот откуда такие ассоциации».
— Точно «Сар-Би-Си»? — уточнила я.
— Точно, точно, — закивала Тамара Григорьевна. — Не ошибаюсь.
