Лариса Ивановна ответила сразу. Они уже въехали в город, по рации связались с диспетчерской, и сейчас направляются во вторую городскую больницу. Инга поблагодарила добрую женщину и набрала номер матери.
– Мама, бабу Дашу во вторую больницу повезли.
– Хорошо, я сейчас туда еду. Ты всё собрала?
– Всё: полис, паспорт, бельё.
– Пока! – в трубке прозвучал отбой.
Инга прилегла на диван. Со стен смотрели портреты бабушки, фотография деда, фото мамы в разные периоды жизни. Девушке всегда забавно было видеть маму сидевшей на горшке и с соской во рту.
Выражение лица у неё было такое забавное, что всегда вызывало у Инги улыбку. Фотография для подъёма настроения и сейчас смогла заставить губы раздвинуться, пусть не в улыбке, скорее полуулыбке, но на душе немного отпустило.
– Всё хорошо, бабушка жива. И она обязательно поправится, – подумала Инга, успокаивая себя.
Ей уже почудилось, что бабушка просто вышла куда-то, и сейчас должна вернуться. Она не может не вернуться. Баба Даша не способна на предательство.
С такими мыслями Инга уснула.
Звонок телефона прервал сон. Мамин голос сообщил, что у бабушки хоть и тяжёлое, но стабильное состояние. Врачи уверены, что она поправится. Она в седьмой палате кардиологического отделения, маму узнала. Далее пошли подробные инструкции по ведению хозяйства. Заспанная Инга слушала вполуха. Бабушка будет жить! Ура! А всё прочее неважно. Как кормить кур Инга знала, а остальное можно спросить в любой момент, да и мозги пока в порядке. Но всё же внимательно выслушав мамин монолог, чтобы не обидеть её, Инга, попрощалась и нажала на отбой.
Расправила постель и легла по-настоящему, на сарай сегодня не пошла. Сон не приходил, но Инга была уверена, что стоит немного полежать и уснёшь. В доме становилось всё темнее и темнее. Она смотрела в потолок уже не один час, вспоминала прошедший день: кладбище, бабушка, раскладывающая угощения для птиц по могилам родственников и знакомых, «Посторонним В.», люпины…. «Беда может случиться!». Инга подскочила на кровати.
Вот оно что! Беда. Бабушка пострадала из-за неё! Если бы она не пошла по тропинке, всё пошло бы совершенно по-другому.
– Прости меня, бабушка! – глотая слёзы, шептала Инга.
О сне не могло быть и речи. Страх вернулся, он просто дремал днём в глубине сознания, а сейчас выбрался наружу. Тёмный дом уже не казался таким уютным и безопасным. Инга забралась под одеяло и сжалась от ужаса. Шёпот. Теперь она ясно слышала шёпот. Или нет? Инга прислушалась.
