С одной стороны возмущение, что с моей мамой оказался такой человек, как этот британец: слабохарактерный, не имеющий в душе твердого мужского начала, совершенно несостоятельный, да еще с таким пикантным прошлым. С другой стороны, этого человека любит моя мать и сейчас она с ним счастлива. А еще, несмотря на многие минусы, этот человек имеет много положительных качеств и, главное, этот человек переступил через себя, доверился мне и рассчитывает на мою помощь. Сейчас я имел возможность сделать то, к чему не так давно стремился.
Вернее, стремился не я сам, а прежний Саша Елецкий: разорвать связь матери и Майкла. Но с моей бы стороны это означало огромную подлость в угоду отголоскам эгоизма, доставшегося мне вместе с этим телом. Разумеется, я так не сделаю. Как бы ни было, я — не судья прошлых грехов господина Милтона, и, следуя своим принципам, я обязан ему помочь.
— Ты правильно сделал, что сказал это мне, — вынес я вердикт, выпустив струйку дыма. — Елене Викторовне подобное говорить ни в коем случае не надо.
Когда дело касается эмоций, графиня не всегда бывает рассудительна. Что касается Элизабет… тебе не надо ее опасаться. Я смогу сделать так, что она не посмеет лезть в отношения между тобой и Еленой Викторовной. Но проблема в том, что на выходные меня в Москве не будет. Постарайся устроить так, чтобы Элизабет не встречалась с графиней в эти дни, а в начале недели я поговорю с твоей сестрой, и у нее пропадет охота лезть в ваши отношения.
"
"— Как вы это сделаете, ваше сиятельство? Элизабет очень упряма и может не поддаться на уговоры, — чеширский барон, чуть успокоившись, снова присел на край кровати.
— А я не буду ее уговаривать. За это не беспокойся — я найду, что ей сказать и знаю как на нее повлиять, — заверил я, выдохнув табачный дым. — У тебя есть еще какие-то проблемы, Майкл? Говори, не стесняйся, уж если состоялся такой откровенный разговор, выкладывай все.
— Есть еще кое-что, но я не смею вас этим беспокоить, — Милтон явно хотел излить мне еще какую-то проблему, но что-то его сдерживало.
— Ты, говори, говори, — настоял я. — Если я смогу помочь, то я это сделаю. Этим я окажу услугу не только тебе, но и своей матери. И постарайся обращаться ко мне на «ты».
— Алекс, ты, наверное, знаешь, я подавал документы на получение вашего подданства, но мне отказали, — решился произнести Милтон, снова поправляя узел галстука.