Я перенес внимание на тонкий план. Теперь здесь все казалось спокойными — тишь, да гладь, прекрасная безмятежность, и интуиция молчала. Неужели то беспокойство, которое я испытывал с первых минут пребывания на вечеринке, связано с чьей-то попыткой отравить Мышкина или кого-то из гостей? Или может отравить собирались именно меня? Их план не сработал, и теперь вокруг меня наступило временное затишье?
— Алекс… — Майкл шел мне навстречу со стороны пруда. Вид его был несчастен, рубашка расстегнута, на шее не было галстука столь обязательного для элегантного образа господина Милтона.
— Помоги, Алекс! Елена Викторовна, наверное, бросит меня! Она теперь с этим князем! Я умру без нее, Алекс!
Боги, ну что за чеширская семейка: что брат, что сестра при малейшей неприятности на словах собираются умирать! Давить на жалость — это у них семейное.
— Майкл, чего ты раскис? Я уверен, Елена Викторовна любит тебя. Расслабься, уверяю, она точно не променяет тебя на красноносого выродка, — повернувшись в сторону беседки, теперь я видел маму и Козельского, стоявших возле оркестрантов, неторопливо собиравших музыкальные инструменты.
Для них вечеринка была окончена, впрочем, как и для большинства.
— Зачем же она так поступает со мной? Она же знает, каково мне все это! — Майкл жалобно смотрел на меня, от него сильно несло спиртным. — Это она мне в наказание, что я собрался в Лондон. И за то, что по вашей просьбе увел ее при вашем разговоре с князем.
— Майкл, мы давно на «ты» — не забывай.
— напомнил я. — А выводы ты сделал верные. Она флиртует с тем козликом, вовсе не потому что он ей нравится. Будь уверен, он ей вовсе не нравится. Но графиня желает нажать на твои болевые точки, наказать тебя за проявление самостоятельности. Я сейчас поговорю с ней, а ты найди пока Элизабет. Ты же не против поездки в Лондон в ближайшие дни вместе с ней?
— С Элизабет? — теперь Майкл выглядел совсем растерянным. — Но Теодор… Я не знаю, ваше… вернее, это… твое сиятельство.
Право, сейчас плохо соображаю. Я напился, голова кругом. Можно это обсудить завтра?
— Хорошо, Майкл, обсудим завтра. Сейчас просто найди Элизабет — она на террасе. К ней там пристают какие-то мужчины, и для нее этот вечер может кончиться скверно — ее нужно увести оттуда. Скажи ей, что я ее зову. Мы все сейчас поедем к нам, — сказал я и направился к беседке.
Когда я подходил, и князь Козельский, и мама одновременно повернулись ко мне.