Мальчишка рассматривал Сэмми, как кремовый торт, выбирая, с какого края приступить к лакомству. Убью! Убью, даже невзирая на брата."
"Словно почувствовав мои мысли, Дуоли посмотрел на меня и улыбнулся. Ну-ну, смейся, только подальше от моей жены.
Даже после обеда Тарк не оставил Саманту в покое, а лично повел показывать музыкальную гостиную. Давно я не видел настолько оживленного и веселого брата. Искренняя улыбка освещала его лицо, а во мне вновь рождались мощные противоречивые чувства. С одной стороны, я радовался, что он снова обрел равновесие и радуется жизни впервые с того дня, как умерла его супруга, так и не подарив ему долгожданного малыша.
А с другой – меня душила дикая ревность, сжимая, словно тисками. Это меня Саманта должна сейчас держать за руку, это меня должна с упоением слушать, это от меня не должна отводить взгляд. Но все, что я мог, – это следовать за королем и юной герцогиней, прислушиваясь к их разговору.
Апогеем моего терпения стало легкое прикосновение к руке. Кати все же подобралась ко мне, бесцеремонно водрузив руку на мой локоть.
От ее насыщенных тяжелых духов перехватило дыхание.
– Нам нужно поговорить, милый, – шепнула она и провела языком по своим пухлым алым губам.
Бездна ее побери! Я скривился от отвращения. На миг показалось, что по кровавому пятну проползла уродливая толстая личинка. Действия бывшей любовницы вызвали неконтролируемую вспышку ярости. Как? Как она посмела прикоснуться ко мне на глазах Сэмми?!
Схватив графиню за тонкую руку, потащил подальше от посторонних глаз.
Я плохо понимал, куда направляюсь, заглядывая по пути в каждый зал. И когда в конце узкого коридора обнаружил пустую небольшую гостиную, то втолкнул Кати внутрь, практически швырнув на мягкую оттоманку.
– Элион, ты делаешь мне больно! Элион! Элион, отпусти! – Только сейчас я услышал истерические выкрики панически испуганной женщины.
Страх стер весь лоск, обнажив неприглядную сущность. И как я раньше не замечал ее бесконечной игры на публику? Просто. На это даже не смотрел, потому что было безразлично, чем занимается Кати.
Исчезни она, вряд ли заметил бы это сразу.
– Ты хотела поговорить со мной, Кати. Я тебя слушаю, – спокойно произнес, хотя видят боги, с каким трудом мне это далось.
Графиня, а по совместительству очень умелая актриса, приходила в себя на удивление быстро. Глаза заблестели, а на губах появилась призывная улыбка. Стараясь делать это грациозно, дама сползала с оттоманки, снова испытывая мое терпение.
– Я жду.