Поначалу вспыхнувшая ярость в них утихла, словно сбитое ветром пламя. Страх мелькнул во взгляде ближнего. Я подскочил к ближнему и ударом ноги слева врезал ему по коленным связкам, одновременно выстреливая кулаком в подбородок второму, коренастому."
"Все! У нас несколько мгновений, чтобы прорваться мимо них.
— Бегом отсюда! — крикнул я Талии, так что сам едва не испугался своего голоса.
Разумеется, баронесса подчинилась. Бросилась по коридору, прижимаясь со всех сил к простенку слева. Пропуская Евстафьеву, я успел еще раз выстрелить ногой, в этот раз в пах Лису.
Пробежал несколько шагов за Талией, активируя «Огненный Лотос». Отпустил его, повернувшись на один миг. Как расцвел огненный цветок в коридоре, я не видел. Лишь почувствовал жар дохнувшего в спину пламени, и услышал крики дружков долговязого. Красные отблески замерцали на стенах. Да, этой штукой нельзя шалить в помещении — может разыграться пожар, но иногда пожар полезнее, чем общение с неприятными людьми.
Мы выбежали в зал.
По изумленным лицам ребят за столиком возле бара и по одежде, я догадался, что они из банды долговязого.
Видимо они знали госпожу Евстафьеву и знали, зачем Лис идет к съемным апартаментам. Они явно предполагали другое развитие событий, а здесь вдруг мы являемся целые-невредимые, и в коридоре происходит какая-то суета с криками.
— К вимане! Люк открывай! — бросил я баронессе, замедляя шаг и прикидывая, что самой удобным местом, чтобы задержать их, будет входная дверь.
Однако с входной дверью не задалось: сидевшие за столиком у бара мигом сорвались с мест.
Их было пятеро или шестеро. Один сразу метнулся к проходу к апартаментам, а парень постарше, на вид этак лет под тридцать крикнул мне:
— Эй, ты постой!
— Это ты мне сказал? — я резко развернулся, чувствуя, что он норовит поймать меня за сюртук.
Предвидя его бесхитростный хук правой, я отклонился в сторону и ребром ладони жестко приветствовал его сонную артерию. Кто-то засуетился за столиком справа. Я отбежал на несколько шагов, чтобы меня не обошли сзади, запрыгнул на стол и с разворота приложил ногой по чьей-то роже, снова пустил в ход кинетику: излюбленный прием растопыренной ладонью правой в набегавшего на меня худощавого паренька.
Несколько неудачно: кинетический удар лишь задел его, основная сила ушла дальше, сбивая в баре с полок ряд бутылок, разбивая в крошку зеркало и снося светильник. Раздались крики, девичий визг, аккорды тандерклапс застыли на трагической ноте. Я перепрыгнул на другой, стол.
