По мнению надворного советника, бородавку преступник наклеил для отвода глаз. И волосы мог перекрасить. Из надежных примет оставались только рост и особая дерзость, с которой было совершено убийство.
Эта манера и стала путеводной нитью для следствия. Лишь два человека в столице способны на такое! Первый — это знаменитый Сашка-офицер, артист в своем роде. Второй — восходящая звезда столичного преступного мира Ваня-Учигай.[10] Родом из Бессарабии (оттуда и кличка), он составил в Кишиневе шайку громил и провел ряд налетов.
Ограбления были поразительными по наглости — жертвой одного даже стал вице-губернатор! — и стоили много крови. Выданный сообщниками, главарь бежал из тюремного замка и объявился в Петербурге. Быстро вошел в круг влиятельных «иванов». Грабил с большим разбором и брал помногу. Действовал Учигай теперь всегда один и потому был неуловим. Барыги и наводчики боялись его как огня и отказывались давать показания. По данным сыскной, бессарабец квартировал в Волчьей канаве на краю Горячего поля.
Полиция в это страшное место соваться не решалась. Поэтому пока Учигаю все сходило с рук.
Скиба сообщил Алексею свои соображения и спросил его мнение.
— Это не Ваня! — уверенно ответил коллежский асессор.
— Значит, Сашка-офицер?
— Нет, и не он.
— Как так?
— А вы задумайтесь, Максим Вячеславович. Насколько я помню протокол осмотра, там сказано следующее. Жертва погибла, ударившись виском об угол камина. При падении. Так?
— Точно так. И что из этого?
— Думаю, случилось непредумышленное убийство.
Будь там Учигай, он кончил бы всех, кто находился в квартире. А тут слуги помяты, но живы. Помер лишь старик, и то при неловком падении.
— Хм… Интересное соображение. То есть дерзость не Сашки и не Ваньки, а кого-то третьего? Тогда кто он и зачем пришел к покойному?
— Пришел понятно зачем — пограбить. И у него был наводчик.
— Наводчик? Все интереснее и интереснее!
— Рассудите сами. Тайный советник, чин третьего класса, кого попало к себе не впустит. Случайный налет исключен.
Неизвестно число людей в квартире и насколько они решительны. А наш грабитель проник и был подготовлен. Кто-то загодя вооружил его сведениями.
— Так-так-так… Продолжайте, пожалуйста, Алексей Николаевич!"
"— Я исхожу из здравого смысла. Преступник шел на грабеж неимоверно дерзкий, но шел уверенно. Он разделался с прислугой по одному, поскольку знал порядки в квартире. Думаю, надо искать двух злоумышленников. Один из них был ранее связан с покойником.
