После лет, проведенных в цивилизованном мире, полном маленьких радостей в виде бытовой техники, электричества, механики, обыденная жизнь в Капуле все еще казалась бредом. Моя цивилизованная часть изо всех сил противилась новым условиям, искала другие варианты.
И да, я вспоминала жрецов. Часто думала о том, как бы сложилась моя жизнь в их пирамиде. Мне очень хотелось вернуться на танцы в следующем сезоне и еще раз попытать счастья. Но я понимала, что это невозможно. И не могла простить Филу упущенного счастья.
А еще сильнее — его недоверия. Муж отказывался обсуждать со мной вещи посерьезнее меню, новой посуды и позы в постели. И стоило мне заикнуться о своем прошлом, как он приходил в ярость и обещал выпороть. Или вовсе игнорировал мои речи, что на самом деле еще хуже. Мои стальные нервы постепенно накрывались медным тазом."
"Напрасно я пыталась развеять суеверность мужа и поколебать его убеждения, феминизм и варварство — понятия несовместимые. Фил придерживался одного простого правила: таракан и женщина — друзья охотника, но должны знать свое место.
Выполнили долг — забились в будку и не вякайте, сидите себе тихо и ждите, когда хозяин принесет ужин и приласкает.
Все во мне восставало против такого поведения Фила. И, рискуя разжечь очередной скандальчик, я вновь и вновь штурмовала стену невежества, которую воздвиг между нами мой варвар.
— Скажи, откуда у тебя взялся тот прибор, который ты отдал за меня жрецам? — однажды этот вопрос все же не удержался во мне.
Мы с Филом лежали в обнимку, пресытившись ласками.
В очаге по-домашнему потрескивал огонь, а в воздухе все еще витал аромат вкуснейшего ужина. Мне почему-то подумалось, что это самый подходящий момент для разговоров.
Но я снова ошиблась. Даже разомлевший и удовлетворенный, Фил не собирался подпускать меня ближе к себе.
— Ты опять? — недовольно пробормотал он и убрал руку с моего плеча.
— Снова, — нарочито ласково пробормотала я, приподнялась на локте и заглянула мужу в глаза. — Разве ты так и не понял, что тебе в жены досталась ужасно любознательная особь женского пола.
Ну же, не будь букой.
— Не хочу говорить об этом, — Фил зажмурился и повернулся на бок — ко мне спиной.
— А давай так: ты удовлетворишь мое любопытство, а я сделаю для тебя что-то особенное, чего еще не делала? Обещаю, тебе понравится…
— Впервые испечешь не горелые лепешки или наконец-то научишься пользоваться веником? — поддел меня Фил.
Но я не поддалась на провокацию.
